«Не радуйтесь, мы пока еще продолжим работать в том же темпе, не сбрасывайте темпов», — сегодня на заседании правительства заявил премьер-министр Карен Карапетян. Это на первый взгляд обычное заявление, тем не менее, содержит довольно примечательные нюансы – на фоне апрельских развитий и в частности в условиях «пока еще».
Правительство Карена Карапетяна 9 апреля должно представить заявление об отставке, что обусловлено требованием Конституции – Серж Саргсян оставляет должность президента, и в нее вступает Армен Саргсян. Но Армения совершает переход к парламентской модели госуправления, и согласно этой модели, чиновником номер один в стране становится премьер-министр, глава правительства, который должен быть избран в парламенте 17 апреля. В течение этой одной недели Карен Карапетян останется, но в качестве временно исполняющего обязанности премьер-министра – вместе с временно исполняющими обязанности министрами. Вопрос о том, останется ли Карен Карапетян после 17 апреля, казалось бы, впредь снят с повестки, и он уступит свое кресло Сержу Саргсяну, а сам может стать первым вице-премьером.
На фоне этих развитий интересно, что Карапетян призывает министров «пока еще» не радоваться и держать темп. Получается «пока» держать темп. Это весьма многозначительное «пока». То есть, Карен Карапетян хочет сказать, что «пока» не все кончено? Понятно, что в случае Армении даже одной ночи достаточно для того, чтобы поутру проснуться в совершенно иной ситуации – в ситуации, диаметрально противоположной предыдущему вечеру, а в этом случае есть так сказать даже относительно целая неделя. Или же Карен Карапетян намекает, что нужно продолжать работу, потому что он все еще является ответственным за работу правительства, а вот когда премьером станет Саргсян, вот тогда уже министры могут обрадоваться и работать так, как они хотят, пусть об этом думает Серж Саргсян. Этот слой в действительности содержит весьма серьезный подтекст – независимо от доли шутки или правды в заявлениях Карапетяна.
Дело в том, что назначение премьер-министра, как у нас неоднократно был повод писать об этом, вовсе не означает завершение внутривластной конкуренции, столкновения интересов о позиционной борьбы. Эта борьба продолжится, и в этом смысле не менее, чем премьер-министр, важно и то, каким будет состав правительства, какие министры будут министрами премьер-министра, а какие, скажем, министрами первого вице-премьера. Это вопросы, ответы на которые наметятся с течением времени, с развитием событий.
Следовательно, с большим вероятием можно сделать вывод, что в новом правительстве позиционная борьба за власть не только не закончится, но может приобрести еще более жесткий характер – вплоть до внутреннего саботажа. И вот с этой точки зрения намек Карапетяна «все еще работать с прежним темпом» подсознательно может быть вольно или невольно проявленным настроем в плане позиционной борьбы в правительстве.
В конце концов, решение о проведении заседаний правительства в закрытом режиме было бы, пожалуй, наивно обуславливать тем, что Серж Саргсян не желает проводить так сказать открытых заседаний. Вести заседание раз в неделю по полчаса для Сержа Саргсяна не представляет какой-либо проблемы, и весь вопрос в том, почему именно он не желает. Потому что впредь заседания правительства превратятся в площадки внутреннего противостояния во власти, потому что без такой площадки власть может попросту попасть в водоворот теневой, закулисной губительной борьбы – утрачивая нить для управления ситуацией.
Заседания правительства станут открытой площадкой для выяснения отношений – открытой внутри системы, следовательно, ее закрывают для «посторонних лиц». А в Армении «посторонним лицом» для властей является именно общество.
