Карен Карапетян, отказавшись от очередной возможности провести переговоры с Николом Пашиняном, привел почти тот же самый довод, что и в прошлый раз: только лишь повестка Никола – это не переговоры, если они не могут представить свою повестку, и переговоры в присутствии СМИ неприемлемы. Неприемлемость переговоров в присутствии СМИ – понятный аргумент. Неоспоримо, что здесь, конечно, так сказать многочисленные глаза и уши являются тормозящим переговорную эффективность, сковывающим стороны фактором. Понятно, что для Никола Пашиняна присутствие СМИ – задача оставаться открытым для общества, тем более, что почти нет сомнений в том, что если будут переговоры за закрытыми дверьми, то власти, одно рукой ведя переговоры, другой рукой, еще до завершения переговоров, начнут распространять дезинформацию и сеять недоверие к Николу – якобы он идет на сделку. В этом смысле и Николу, и всем нам, конечно, прекрасно знаком стиль властей. С другой стороны, ситуацию в конце концов нужно вывести из лобового тупика, и вести вперед, тем более, что в этом случае могут появиться и неожиданные выходы.
С этой точки зрения, необходимы, пожалуй, две вещи – прежде всего Никол Пашинян должен решить одну задачу – задачу по получению от общенародного движения мандата на ведение переговоров за закрытыми дверьми, потому что закрытая дверь — это еще не сделка или торг. В конце концов, залогом успеха общенародного движения, безусловно, являются принципиальность и упорство, непреклонность, но в рамках четких принципов, а также гибкость. Следовательно, здесь, пожалуй, есть задачи, которые все еще нужно решить, хотя, конечно, с большой осторожностью, чтобы не дать обществу ни малейшего повода для сомнений или тревоги в том, что может что-то произойти за его спиной.
Следовательно, следующим, но, пожалуй, первым шагом, должен стать шаг властей. Прежде всего, если власти не признают переговоров по повестке Никола Пашиняна, то какова же повестка властей? Никол принародно представил повестку своего движения, причем несколько раз. Какую повестку предлагают власти, вокруг которой предлагают вести переговоры? А может быть власти предложат такую повестку, что общество уполномочит Никола вести по ней переговоры даже и за закрытыми дверьми? Но у властей нет повестки, а они всего лишь постоянно настаивают на необходимости диалога, переговоров, консультаций. Тогда как, когда все это не сопровождается хотя бы теоретически представлением написанной на бумаге повестки-предложения, подлежащей обсуждению, то, мягко говоря, возникают сомнения и тревоги, следовательно, и недоверие в том, что власти, правящая сила в действительности сама не готова отклониться от своей повестки, которая неизменна с 1998 года – правящая позиция не подлежит обсуждению, а все остальное – возможно. А таким способом разрешить возникший кризис, мягко говоря, невозможно.
Следовательно, власти должны выразить свою готовность вести диалог, искренне совещаться и вести переговоры в виде стартового содержательного предложения, как первый шаг, направленный на формирование общественного доверия. Или же власти впредь неспособны к такой повестке, поскольку у власти в настоящее время нет внутренней способности, согласия, власти больше нет, чтобы она имела повестку.
