Собеседник Первого Информационного – преподаватель Берлинского университета, арменовед Жирайр Кочарян.
— Господин Кочарян, как Вы расцениваете возникшую в Армении ситуацию? Что ждет Армению в случае, если движение закончится победой, а что может ждать в случае поражения?
— В случае победного финала в первую очередь ожидается серьезная работа. Я считаю, что система должна измениться. И многое не изменится только потому, что ушли несколько человек. Тем более, что РПА и вовсе должна составить часть в будущей власти, то есть, олигархическая, клановая система должна исчезнуть. Как только она исчезнет, нас ожидает действительно серьезная, тяжелая работа, чтобы создать демократическое, справедливое государство.
В случае поражения мы вернемся ко все тем же вопроса, к той же точке, которая у нас была.
— Европа каким-либо образом должна была быть включена в эти переговоры или нет? Россия постоянно делала призывы, также и Госдеп США, но не было ни попытки вовлечься, вмешаться в переговоры. Были ли это правильным или нет?
— Я считаю, что правильным было не вмешиваться. Призывы и заявления со стороны России или США излишни. Это – внутриармянская проблема, и этот вопрос должны решать армяне. И в прошлом подобных призывов было много, и они никогда не доходили до места, и в этом случае не должны дойти. Все это наши внутренние проблемы, и мы сами должны их решить.
— Мы видим, что Россия последовательно пытается вмешаться – искажая действительность и сравнивая происходящее с Майданом.
— Предполагаю, что у России есть определенные интересы, и РПА эти интересы передала России. И сейчас Россия встревожена тем, что может так случиться, что будущие власти не окажутся столь же щедрыми, как республиканцы. Но, с другой стороны, все зависит от на самих – как именно мы себя проявим, как будем работать, какой путь найдем. Внешние проблемы, верно, очень важны, они имеют свое влияние, но первоочередную роль играют народ Армении и избранная им власть.
— Что же в конце произошло в Армении, как это оценивают в мире?
— Мир пока не может правильно оценить – что именно происходит, поскольку не знаком с подробностями. Я тоже не знаком со всеми подробностями, поскольку я не живу в Армении, но должен сказать, что до сих пор все происходило хорошо. Я замечаю только один пробел – я вижу мало представителей интеллигенции, в основном участвует молодежь, но я хотел бы видеть, чтобы свою долю в этом имели народ и интеллигенция. А в чем причина этого, может быть, для них это оказалось неожиданным, может, они не ожидали такого, кроме того, молодежь более упорна, более беспечна, а может, она видит, что ее будущее под угрозой. Я в эти дни не вижу интеллигенцию среди участников. Было бы лучше, если бы народ и интеллигенция участвовали вместе. И если они все вместе подумают и поработают, начнут искать новые пути, будущее Армении может стать еще лучше.
— Господин Кочарян, это было движение, обусловленное внутриполитическими проблемами, которое не имело внешних адресатов?
— Это движение – внутреннее армянское движение, и я не верю слухам о том, что оно спровоцировано извне. Излишне говорить, что судебная система не независима, что ежегодно 40 тыс людей уезжают из Армении, есть проблема с трудоустройством, а также есть и политические давления. Все это было продолжающимся на протяжении лет процессом, и РПА не нашла лекарства для решения этой проблемы. Демонстранты думали, что всему этому нужно положить конец, и они имели право так думать. Все это не ново.
