Вчера Апелляционный суд изменил меру пресечения Андреаса Гукасяна. Суд явным образом не вынес бы подобного вердикта, если бы в стране не победила бархатная революция. В данном случае однозначно победила законность, потому что во время драматических событий 2016 года Гукасян не совершил ничего противоправного, и был арестован за свои политические взгляды или, что еще хуже – за то, что на президентских выборах 2013 года был соперником Сержа Саргсяна – выступив с радикальной критикой в адрес последнего.
С другой стороны, является ли вчерашнее решение суда прецедентом, и распространится ли этот же подход и на группу «Сасна Црер»? Часть общества и оппозиции придерживается этого мнения и прямо или косвенно принуждает, чтобы первым же шагом премьерства Никола Пашиняна стало освобождение «неистовых».
Ставящие такое требование, конечно, имеют примитивное представление о революции. Возглавляемый Николом Пашиняном политический процесс в ценностной плоскости был равно направлен как против криминально-олигархической системы, так и против «неистовства». Революция «открытых рук» не может легитимировать насилие – будь оно со стороны полиции или против полиции.
Общество, осуществившее бархатную революцию, должно быть настолько зрелым, чтобы сознавать – захват полка ППС, расстрел полицейских не имеет никакого отношения к политике. Никол Пашинян или какой-либо иной премьер-министр не может произвольно освободить людей, совершивших преступление – независимо от его мотивов. Это, с одной стороны, будет противоречить принципу «открытых рук», с другой стороны, это не будет восприниматься большинством нашего общества и международным сообществом.
Если Никол Пашинян поддастся радикальным настроениям общества, он поставит свое правительство вне поля легитимности – повторяя прецедент 1998 года, когда Роберт Кочарян произвольно – без правовых обоснований, по принципу политической целесообразности освободил деятелей из АРФД, которые, кстати, обвинялись также и в намерении убить Вазгена Саргсяна. Через год после освобождения деятелей АРФД Вазген Саргсян был убит.
Мы убеждены, что у Никола Пашиняна есть твердые принципы и ценности, и никогда не пойдет на политические конъюнктурные решения – за счет верховенства права и закона.
Максимум, что в вопросе «Сасна Црер» сможет сделать премьер-министр Никол Пашинян, это обеспечить справедливое и законное судебное расследование, чтобы всесторонне были выявлены все обстоятельства преступления.
У проблемы также есть политический и моральный компонент. Бархатная революция оставила уникальное политическое и моральное последствие – беспрецедентно повысив авторитет Армении во всем мире. Бархатная революция была именно о том, что позитивных перемен можно достичь исключительно мирным путем – гармонизировав настроения улицы с конституционными регулировками. Когда Никол Пашинян провозгласил политику «открытых рук», это равно было вызовом и властям, и «неистовству». Неслучайно, что победа революции привела к уходу РПА из власти и политического крыла «неистовства» — с митинговой площадки.
Новая Армения не может поощрять любое проявление насилия – независимо от мотивов.
Фото: Photolure.
