Собеседник Первого Информационного – грузинский политолог Гела Васадзе.
— Страны, в прошлом входящие в состав СССР, в том числе Украина, Молдова и Армения, имеют право проводить собственную политику, и нужно относиться к этому с уважением, иначе не получится выстроить двусторонние отношения, заявил президент РФ Владимир Путин. Как оценивайте это заявление
на фоне событий в Ереване?
— Ну как можно оценить заявление о том, что Волга впадает в Каспийское море, после зимы следует весна, а потом лето. Наверное, как слова «капитана Очевидности». Это такой супергерой, который всегда готов прийти на помощь людям, чтобы высказать прописную истину. Но я бы продолжил мысль Владимира Владимировича и сказал бы так – крупные игроки всегда будут ставить условия более мелким и пытаться использовать ситуацию для своей выгоды. Тут я тоже выступаю в роли «капитана Очевидности».
На фоне событий в Ереване это звучит так, да, у вас сменилась власть, и вы имеете право проводить собственную политику. Ну а мы имеем право проводить свою. Думаю, понятно, о чем я.
— Движение в Армении не имело геополитической направленности. Насколько это помогло в вопросе достижения успеха? Пашинян и вовсе не поставил задачи смены внешнеполитического курса, и до конца продолжил утверждать, что это – исключительно внутренняя проблема Армении.
— Тут два вопроса в одном, первый – насчет внутренней политики. Внешне движение не имело и не могло иметь политической направленности, в силу того, что основные политические игроки на внутреннем поле Армении были инкорпорированы в систему, созданную Сержем Саргсяном. Но, осмелюсь утверждать, что без эрозии политического поля и даже эрозии внутри власти, революции невозможны. Поэтому политическая направленность, конечно, была, но мы её не видели.Задачу смены внешнеполитического курса при том положении, в котором находится Армения и ситуации в регионе, может ставить только не совсем умный человек. Пашинян таковым не является. Степень участия внешних игроков во всех событиях, как минимум не прослеживается, дальше мы можем только выдвигать версии кому это было выгодно и зачем. Сегодня моделирование на эту тему возможно только в приватных разговорах между специалистами, выносить это в публичное пространство значит нарушать главный принцип политической аналитики – не навреди. Как будут действовать внешние игроки, речь идет прежде всего о России, Штатах, Евросоюзе и Китае, будем наблюдать и делать выводы.
— По-Вашему, в Кремле нет никаких опасений по поводу того, что произошло в Армении, что на постсоветском пространстве есть тенденция менять авторитарные режимы, и эта волна может распространяться и на другие страны, в том числе на Россию?
— В силу целого ряда причин, и прежде всего наблюдая за поведением Кремля во время кризиса, я очень сильно сомневаюсь, что у Кремля могут возникать опасения. Вообще цветные революции — это не природная стихия, которая распространяется географически. Существуют определенные технологии запуска и менеджмента этих процессов, при соответствующих условиях, конечно. Так что по поводу стихийного распространения, крайне сомнительно. Тем более на Россию. То, что кто-то способен сегодня запустить там революционный процесс, крайне сомнительно. Но это совсем не значит, что это невозможно завтра. Революции, перевороты, войны, санкции – инструменты международной политики, им каждый ими пользуется в меру своих сил и возможностей.
— Как будут развиваться армяно-грузинские отношения в дальнейшем. Как Вы считаете, изменения будут?
Нормально будут развиваться, и это нормальное развитие тоже обусловлено конкретными условиями, в которых находятся наши страны. Не думаю, чтобы внешние игроки и прежде всего Москва, была бы заинтересована в обострении отношений между Грузией и Арменией. А у тех, кто находится у власти в Армении и Грузии, кто бы это ни был, всегда хватит ума понять пагубность любых резких движений в отношении друг друга. Ну а насколько хватит ума использовать возможности развития отношений, которые, несомненно, есть, покажет время.
