Собеседник Первого Информационного – доктор экономических наук, основатель и директор Исследовательского центра постиндустриального общества. Автор почти двух тысяч опубликованных текстов, в том числе книги «Эпоха изоляции», написанной в соавторстве с величайшим социологом второй половины 20-го века Даниэлом Беллом. Приглашенный ученый из Школы перспективных международных исследований Вашингтонского Университета Джона Хопкинса Владислав Иноземцев (Польша, Варшава).
-Господин Иноземцев, каковы ваши наблюдения в связи с бархатной революцией в Армении? Другие постсоветские страны добились изменений ценой потерь: почему и как это стало возможным в Армении?
— В Армении на протяжении довольно долгого времени были политические силы, которые конкурировали друг с другом, и в этом смысле не было такой ситуации, какая была, например, в России. В России есть Владимир Путин и больше никого нет. Политическая ситуация в Армении была сбалансированной, была правящая партия и другие оппозиционные силы, которые имели общественное доверие. Кроме того, был шаг, сделанный уже экс-президентом Сержем Саргсяном, который публично заявил, что после конституционных поправок он не будет баллотироваться на пост премьер-министра: это вызвало большое недовольство в обществе. Правящая сила поняла, что бороться с такими масштабными демонстрациями невозможно.
В 2013 году властям Украины казалось, что 150 тыс. человек на площади Киева – это не все общество, не все население ситуация была иной. А в Армении действительно было продемонстрировано, что большинство является теми людьми, которые не согласны с принятым решением, и, на мой взгляд, власти повели себя адекватно.
– В отличие от других стран, революция в Армении не имела внешней поддержки, и не было никаких требований и тенденций внешней политики. Можно сказать, что одной из причин победы было это?
– Я бы не переоценивал внешнюю поддержку в других странах, потому что все внешние игроки, по большому счету, напрямую не вовлечены. Например, я не слышал от европейских должностных лиц, что они были заинтересованы в удалении Януковича. Внешняя политическая поддержка преувеличена. Да, Россия была против, Европа и Америка были сторонниками европейской интеграции Украины, но прямой поддержки, например, финансовой и т. д., в Киеве не было — это было прежде всего народное движение.
В случае Армении было очень важно, что Россия оставалась в стороне от этих событий. Сейчас конфронтация между Россией и Западом настолько сильна, что, если Россия была бы против и захотела сохранить власть Саргсяна, в этом случае Армения стала бы элементом большой игры.
— А почему Москва отстранилась? В конце концов, то, что произошло в Армении, противоречит правилам ЕАЭС, где власти – Путин, Назарбаев, Лукашенко – вечны?
– Есть несколько обстоятельств. Во-первых, Россия не предполагала, что Пашинян станет премьер-министром. В Москве думали, что, может быть, Серж Саргсян уйдет в результате народной волны, но РПА останется в лице другого человека, например, Карапетяна. Москва долгое время, возможно, до первых дней мая, не осознавала масштабности протестов. С другой стороны, по моему мнению, Москва боялась повторения украинского сценария, они не хотели, чтобы Украина подписала европейское соглашение, но в результате Украина стала врагом России. Москва больше не хотела рисковать. И, наконец, экономика Армении зависит больше от российской экономики, чем любой другой страны в СНГ. В Москве думали, что если придут другие люди, которые возможно не будут столь дружелюбны с Москвой, все равно, они сохранят ситуацию, и Армения от России далеко не уйдет.
– Можем ли мы сказать, что российское руководство успокоил тот факт, что новые власти Армении не намерены покидать ОДКБ и ЕАЭС?
– Конечно, можем сказать, но к таким заявлениям нужно подходить осторожно. Мы очень хорошо помним пример Грузии. Когда Саакашвили стал президентом Грузии, его первый визит был в Россию, и он не готовился стать антироссийским деятелем, но мы увидели, что произошло потом.
Что касается ЕАЭС, то, по моему мнению, в случае Армении есть и потери, есть и преимущества. У меня сложилось впечатление, что если новое правительство Армении дальновидно, то сейчас оно должно параллельно с уже подписанным соглашением с ЕС оставаться в ЕАЭС. Я не являюсь поклонником ЕАЭС, но для Армении сегодня будет не разумным выйти из ЕАЭС, наоборот, надо получать выгоду как от ЕАЭС, так и от ЕС.
— В последние годы в Армении недовольны армяно-российскими отношениями, их характером. Теперь, когда есть внутреннее правительство, имеющее легитимность, характер этих отношений изменится, она станет равным союзником?
– Это очень деликатный вопрос. На самом деле мы не можем сказать, что Армения и Россия должны быть равными партнерами — это невозможно. Россия сильнее, как в экономическом, так и в военном отношении, Россия является более прагматичной страной, и, конечно, у нее сейчас много трудностей, тем не менее отмеченное вами равенство невозможно. Двусторонние отношения должны строиться таким образом, чтобы это было выгодно Армении. Посмотрите на Лукашенко, мы можем относиться к нему по-разному, но он проводит фантастически эффективную политику в отношении Москвы. Да, время от времени он делают различные заявления, но приносит пользу. На мой взгляд, Армения не менее важна для России, чем Белоруссия. Поэтому необходимо приложить усилия для получения конкретных экономических выгод от отношений с Россией.
— А вне России, какие возможности сотрудничества имеет Армения? За эти годы Армения была ограничена именно Россией, и установление отношений с третьими странами обусловливалось Россией.
— У меня несколько иное мнение. На мой взгляд, на протяжении многих лет Армения делала большую ставку на Диаспору, что, на мой взгляд, было неправильным решением. Да, Диаспора очень помогает Армении, но проблема в том, что нужно в вопросе экономического развития не надеяться на армян из-за рубежа, а привлекать серьезных инвесторов, чему не будет возражать Россия. Вот почему Армения должна стать более динамичной страной, чтобы и бизнес мог развиваться, чтобы у иностранцев также была уверенность, хотя бы как в отношении Грузии. Армения должна стать привлекательной. Сейчас многое зависит от нового правительства. Нам нужно очень четко понимать, откуда мы можем извлечь выгоду и возлагать надежды не на помощь, а проводить прагматичную политику.
— Новое правительство временно, многие отмечают, что правящая сила все еще может взять реванш. Какие события вы видите?
– Это еще было спонтанное движение, которое привело к тому, что конфигурация была изменена. Я не знаю планов нового правительства, но оно должно быть представлена обществу воспринимаемой программой, должны быть предприняты шаги, и лишь затем проведены новые парламентские выборы.
Сейчас надо воспользоваться возможностью, провести серьезные обсуждения, привлечь экспертов и разработать план дальнейших действий. Никто не знает, что сделает господин Пашинян в ближайшем будущем, и если этот вопрос затянется на несколько лет, это приведет к разочарованию и апатии.
