Служба национальной безопасности проводит операцию в торговых объектах, принадлежащих семье депутата Самвела Алексаняна, как об этом заявил заместитель главы КГД Рафик Машадян. Информация о проводимой сотрудниками СНБ операции была опубликована в прессе. Накануне премьер-министр Никол Пашинян заявил, что их заявления об отсутствии «вендетт» многие восприняли как признак слабости, не поняв действительность до конца. Пашинян заявил, что не выполняющие обязательства перед государством на себе почувствуют силу правоохранительной системы и бархатной революции. Глава СНБ Артур Ванецян 28 мая в свою очередь заявил, что вскоре будут разоблачения, нужно немного потерпеть.
После так сказать прихода бархатной революции к власти или как минимум ее прихода в исполнительную власть в Армении начали чаще говорить о том, что мы вступили в эпоху опасности контрреволюции. Однако в действительности Армения, казалось бы, вступила в период недопонимания ситуации, а не контрреволюции. В том числе следствием недопонимания также является и преувеличенное рассмотрение опасности контрреволюции. Просто несколько слоев – главным образом политико-экономических, главным образом из уходящей системы, не поняли и не понимают, что именно произошло в Армении. Отсутствие так сказать агрессивных, жестких, физических проявлений революции многим дало основания или скорее вызвало иллюзии – думать, полагать, что в действительности то, что произошло, было всего лишь локальным внутриполитическим противостоянием, которое завершилось формированием нового правительства, и сейчас оказалось в области так сказать традиционного столкновения внутриполитических интересов.
Вполне приветствуемое и важное отсутствие агрессивного характера революции многим дало повод для иллюзий, вольно или невольно поставив их в неудобное и опасное положение. В их число, пожалуй, входит и Самвел Алексанян, который посчитал, что его дело было сделано 8 мая – голосованием в пользу премьерства Никола Пашиняна. А может и другие депутаты-бизнесмены, которые по решению фракции РПА или по своему выбору проголосовали за Пашиняна.
Это, конечно, в первую очередь вопрос мышления, в котором преобладает или является основным насилие – как компонент, ориентир. Если нет насилия, если нет применения силы, то многие люди утрачивают чувство опасности, реальности. Следовательно, возникает объективная необходимость поддерживать в них в это чувство неугасаемым, тем более, что сейчас есть вполне законная и государственная возможность для этого – посредством СНБ. Просто преобладающее большинство сегментов уходящей системы «владеют» только этим языком, поскольку в прежней системной иерархии «государственным языком» было именно это – разговор с позиции силы. По этой самой причине в настоящее время для любви и солидарности, пожалуй, требуется иногда говорить и с позиции силы – с теми, кто пока не овладел новым языком – языком права и согласия. С ними нужно говорить через «синхронного переводчика» — силы, пока они не выучат новый язык – язык правового и свободного, конкурентоспособного государства.
