Между предыдущими и этим последним саммитами НАТО в касающихся Армении вопросах нет больших различий. Об этом в беседе с Первым Информационным рассказал директор АИМОБ, политолог Степан Сафарян.
Отметим, что заключительная декларация саммита НАТО в Брюсселе содержит призыв мирного разрешения конфликтов на Южном Кавказе. В пункте 67 Декларации отмечено: «НАТО продолжает поддерживать право всех партнеров на независимые и суверенные решения в области внешней политики и политики безопасности без внешнего давления и принуждения. В том же пункте декларации подчеркивается, что НАТО продолжает поддерживать усилия, направленные на мирное урегулирование конфликтов на Южном Кавказе. Мы настоятельно призываем все стороны заняться мирным урегулированием конфликтов конструктивно и с усиленной политической волей в сложившихся рамках переговоров».
– Господин Сафарян, насколько изложенные в Декларации формулировки вытекают из интересов армянской стороны?
— Между предыдущими и этим последним саммитами НАТО в касающихся нас вопросах нет больших различий. У каждого из них были проблемы в области трактовок. По большому счету, НАТО всегда выступало за мирное урегулирование нагорно-карабахского конфликта, признанного на международном уровне, это значит в формате Минской группы ОБСЕ и на основе известных принципов международного права, перечисленных в Хельсинкском заключительном акте и Уставе ООН. Это сказано и здесь тоже.
Возникла небольшая путаница, когда при разрешении различных конфликтов на постсоветском пространстве к востоку и юго-востоку от НАТО, в том числе на Южном Кавказе, а за последние четыре года также в ответ на политику, проводимую этими странами, и политику России в отношении конфликтов в этой области все оценки были свалены в одну корзину.
Один конкретный пример: на двух предыдущих саммитах одним абзацем НАТО в контексте известных украинских, грузинских, молдавских процессов признавало территориальную целостность этих стран, в том числе территориальную целостность Армении и Азербайджана, в плане их ведения суверенной политики и взамен этого наказания со стороны России, а не навязывал территориальную целостность как основу рамок конкретного урегулирования карабахского конфликта. А конкретно в связи с карабахским конфликтом его традиционная позиция, которую я описал в целом выше, была дана в отдельном абзаце. На этот раз все смешано, в одном гигантском абзаце, что открывает широкое поле для интерпретаций.
– Есть ли опасность для решения проблемы в пользу одной из сторон в плане предпочтительности?
– Есть риск не решения в пользу одной из сторон, а риск трактовок в пользу одной из сторон и неопределенность, которая создает этот риск. Я имею в виду, что слияние двух важных фрагментов выполнено переходом «и этом контексте», что открывает поле для нежелательных комментариев. Мы знаем, как Азербайджан подвергает селективному чтению нормы международного права и тексты международных структур, и боюсь, что они будут трактовать так, что НАТО в рамках урегулирования карабахского конфликта рассматривает территориальную целостность Азербайджана.
Я не знаю, какие усилия и каким образом приложила армянская сторона, чтобы не позволить такое объединение. Я думаю, что проведенная работа неудовлетворительна. Раньше не было такого перехода, что позволяло нам на идеологическом поле правильно представить и преподнести реальную позицию НАТО и объяснить, к чему относится признание территориальной целостности. Я думаю, что высокая легитимность нового правительства, участие премьер-министр Никола Пашиняна в саммите должны были быть серьезным активом для получения лучших формулировок. Даже надо было стремиться получить еще лучшие формулировки, чем были в прошлом. Почему это было невозможно, скажут ответственные лица. Я убежден, что такая возможность была.
– Действительно ли приоритет принципа территориальной целостности может повлиять на другие международные структуры, с точки зрения их позиции по карабахскому конфликту?
– Я практически ответил на вопрос в том плане, что опасность в манипулятивном использовании публичных заявлений Азербайджана и, не дай Бог, во время военных операций. Истинная позиция НАТО имеет с этим мало общего. Поэтому необходимо было быть очень осторожным с самого начала, особенно зная, что Турция уже далеко не первый саммит не жалеет усилий, чтобы обслуживать интересы Азербайджана в этой структуре, в том направлении, чтобы выклянчить формулировки в его пользу. Это не было секретом и неожиданностью. И на этот раз президент Турции объявил, что едет в НАТО со своим младшим братом. На предыдущих же саммитах он напоминал, что НАТО имеет невыполненные обязательства перед Азербайджаном. Следовательно, нужно было быть заранее готовым и бороться за формулировки. По крайней мере, ведь можно же было слова «в этом контексте» или заставить удалить, или заменить на, например, слова «что касается конфликтов»? Хотя почему не было сделано, я не в курсе работ внутренней кухни, не могу комментировать. Я не знаю, это неопытность, неумение, или результат чего? Ожидания и возможности от этого саммита для Армении были больше. По крайней мере, для меня.
