Специальная следственная служба Армении по делу 1 Марта 26 июля предъявила обвинения второму президенту Армении Роберту Кочаряну, для чего он был вызван на допрос в качестве свидетеля. Позднее Кочарян в интервью телекомпании «Еркир Медиа» заявил, что был вызван в качестве свидетеля, однако с самого начала следователь сообщил, что ему предъявляются обвинения в свержении конституционного строя, как и бывшему министру обороны РА Микаэлу Арутюняну.
Кочарян в этом интервью заявил, что в ближайшие дни прозвучат новые имена – он так предполагает, судя по произошедшему в ССС. По его словам, речь пойдет о высокопоставленных военнослужащих того времени. Кочарян заявил, что после предъявленных обвинений он отказался от дачи показаний. Вместо этого второй президент дал весьма прозрачные «показания» в своем интервью, которые можем разделить на группы и подытожить в нескольких пунктах.
Кочарян заявил, что новая власть инициировала против него сфабрикованное дело, опасаясь его политической активности на предстоящих парламентских выборах. Здесь Кочарян, тем не менее, не уточнил, готовился ли он к подобной активности или нет.
Тогда как это обстоятельство вызывает иной любопытный вопрос – а с кем, какими средствами Кочарян готовился к подобной активной политической деятельности? Его партнером должна была быть АРФД? Кстати, в этом контексте интересно, что площадка для «самооборонительного» интервью Кочаряну была представлена телекомпанией, принадлежащей именно АРФД. Или же партнерами в активности Кочаряна были бы Вардан Осканян и Сейран Оганян вместе с Самвелом Бабаяном – так сказать, переформатированный вариант ОРО, но без Раффи Ованнисяна или может быть даже и с ним – кто знает? А может быть Кочарян в качестве партнера или формата рассматривал Гагика Царукяна, который обеспечил бы его активность – с учетом того, что до февраля 2015 года Кочарян именно в формате Царукяна и пытался обслуживать свои политические интересы и оппонирование Сержу Саргсяну.
Роберт Кочарян в своем эксклюзивном интервью подчеркивал также и то обстоятельство, что за последние 10 лет был в оппозиции к Сержу Саргсяну, разорвал с ним почти все связи. Второй президент весьма прозрачно намекал, что также и Саргсяну выгодна его нейтрализация в активной политической перспективе. Другое обстоятельство, на которое указывал Роберт Кочарян, это то, что в своих действиях 1 Марта имел одобрение со стороны Сержа Саргсяна. Он заявил, что нет такого человека, который мог быть против и высказывать этот свой протест. Таким образом, Роберт Кочарян намекает, что может дать показания против Сержа Саргсяна.
Другое обстоятельство заключается в том, что Кочарян в качестве «зарождения» всего этого намекает на диалог Саргсян-Тер-Петросян, таким образом, пожалуй, намекая, что рукой Никола Пашиняна продолжается именно этот, так сказать, «заговор против него».
В тоже время Кочарян напрямую обвинил и Никола Пашиняна, заявив, что тот 1 Марта руководил собранием у памятника Мясникяну и не позволил, чтобы демонстранты договорились с полицией и приняли предложение перенести и продолжить собрание в другом месте.
И, наконец, Роберт Кочарян очевиднейшим образом попытался разыграть фактор армии, заявив, что армию дискредитируют, тем самым радуя Азербайджан, поскольку он был одним из «созидателей» победы в Карабахской войне. Это явно эмоциональное акцентирование – с одной стороны, и, пожалуй, попытка получить содействие в армии – с другой.
Кочарян заявил, что никуда бежать не намерен и готов оказаться в тюрьме, но даже оттуда будет бороться за истину. Нет сомнений, что второй президент не примет никаких обвинений. Это вполне логично и закономерно. Другой вопрос, насколько убедительным и профессиональным окажется следственный орган в вопросе доказательств.
С другой стороны, однако, в интервью Кочаряна весьма заметны его достаточно нервные и даже отчаянные, в каком смысле панические переживания, а также и достаточно прозрачные угрозы, что в таком случае он очень многое рассекретит, и даже в виде книги, о которой он заявил впервые. Кочарян сказал, что последние два года пишет книгу – автобиографическую, в которой содержится вся история последних лет – также и с эпизодами внутрикухонных разговоров, и которая будет весьма интересной.
Фактически, Кочарян вот уже два года готовился к самообороне.
