У Роберта Кочаряна нет чувства вины. Накануне на созванной пресс-конференции с участием адвокатов Роберта Кочаряна несколько раз в ответ на разные вопросы повторил руководитель офиса второго президента Виктор Согомонян. О чем говорили адвокаты, на какие законодательные пробелы они указали – безусловно, важно, потому что даже в случае Роберта Кочаряна, в случае человека, на протяжении 10 лет попиравшего законы и Конституцию всевозможными методами, крайне важно поддержание духа и буквы закона, и это важно не для Кочаряна, а с точки зрения того, чтобы Армения стала нормальным, правовым государством. Но заявление руководителя офиса Кочаряна – об отсутствии вины и виновности, вне правовой и конституционной плоскостей, это скорее вопрос в плоскости человеческой морали. Причем, это не тот случай, чтобы можно было бы предполагать, что спикер Кочаряна делает такое заявление по просьбе адвокатов, как оборонительная тактика. Точно наоборот – это тот случай, когда сотрудник Кочаряна одним предложением разоблачает человеческий тип своего руководителя, его качества, систему ценностей и философию.
У человека нет чувства вины в связи с неким событием, которое унесло 10 человеческих жизней. Тогда как даже если Роберт Кочарян и уверен в том, что его действия не были незаконными, и вытекали из закона, то даже в этом случае он должен иметь чувство вины, раскаяние, поскольку в результате его действий, пусть даже вполне законных, погибли люди. Но нет, чувства вины у него нет. Это означает, что если было бы необходимо, он приказал бы расстрелять не 10, а 100 или 1000 людей. Если у человека нет чувства вины из-за того, что в результате его действий погиб хотя бы один человек, то для него количество жизней и вовсе не имеет никакой важности.
Отсутствие чувства вины демонстрирует его отношение к человеческой жизни, что проявлялось и в течение 10 лет его президентства. Человек для Роберта Кочаряна был не целью, а средством. А в средствах он не был очень разборчив еще со времен карабахского движения – на пути созидания своей карьеры. И для человека, не разборчивого в средствах и считающего и других людей всего лишь средством, да – человеческая жизнь не могла иметь какой-либо ценности. Виктор Согомонян это констатировал, понимая это или нет, но разоблачил негуманный, бесчеловечный образ и характер своего руководителя, из-за чего Армения страдала на протяжении 10 лет.
Это разоблачение вовсе не правовое, но даже не будучи таковым – крайне важное разоблачение, которое может пролить свет не только на события 1 Марта, но и на произошедшие в годы правления Кочаряна политические убийства – начиная с 27 Октября. Если лицо, занимавшее высокую государственную должность, не имеет чувства вины в результате своих действий, приведших к гибели 10 человек, то почему он должен испытывать это чувство в случае убийств государственных деятелей? Если для кого-то человеческая жизнь не стоит не гроша, то не важны ни статус, ни должность хозяина этой жизни. Когда человек – средством, то его используют так долго, пока он не мешает достижению целей.
В случае же если он начинает мешать, его попросту убирают.
1 Марта 10 граждан мешали Армении мешали Кочаряну в реализации его собственных целей – в вопросе реализации цели по передачи власти Сержу Саргсяну ради собственного благосостояния неприкосновенности. Он устранил это препятствие, из-за чего у него сейчас нет ни чувства вины, ни раскаяния. А это – тяжелый, очень тяжелый случай. Если его защитой займутся лучшие адвокаты не только Армении, но и специалисты со всего мира, он не сможет избежать ответственности. Даже если и будет оправдан в суде. Потому что если человек не имеет чувства вины за то, что лишил жизни другого человека, наказание ему выносят не судьи. Это иного рода наказание, кара небесная, которая действует даже в случае неверующих.
Но до судебного процесса Роберт Кочарян еще много времени проведет в тюремной камере. И за этот период он, по всей видимости, проведет очные ставки не только с другими свидетелями и обвиняемыми по делу 1 Марта, но и очную ставку с собственной совестью. Это, пожалуй, будет самой важной очной ставкой Роберта Кочаряна, после чего, может быть, его представления о вине и раскаянии претерпят некоторые изменения. Виктор Согомонян, вероятно, сообщит об этих изменениях.
