Ни одна попытка контрреволюции не может преуспеть. Об этом в беседе с Первым Информационным сказал председатель совета Клуба журналистов «Аспарез» Левон Барсегян.
По его словам, после ареста Кочаряна теоретически могут быть раскрытые многие вещи. «Начиная с 1998 года, отречения Левона Тер-Петросяна, в 2002г. – лишения «А1+» эфира, выборов 2003 года, избиение демонстрантов в 2004 году на проспекте Баграмяна, всей истории «Имущество за долги», убийства Погоса Погосяна, 27 Октября и так далее. Не только 1-ым Марта Роберт Кочарян в плохом смысле вошел в нашу историю.
В этом смысле, с точки зрения сделки, он может быть готовым, рассказать много вещей, потянуть за собой многих», — сказал Барсегян и добавил: «Кровь людей на первом месте, а втором месте – разговоры о материальном ущербе, причиненном Армении. Пока мы не можем узнать, какие будут переговоры. По моему предположению, в случае правосудия, этому лицу полагается несколько пожизненных сроков. Многие вещи могут быть раскрыты, а могут и не быть раскрыты, засунет обе ноги в одну калошу, типа совершаю самоубийство».
По словам Левона Барсегяна, Роберт Кочарян пытается выглядеть уверенным в себе. «Его мышление такое – надменное, высокомерное, как это было за время его правления. И представьте, если человек был таким последние 30 лет, как его можно мгновенно изменить? Но лишение свободы начнет вносить некоторые изменения», — сказал он.
На наблюдение о том, что АРФД и РПА видят элементы политического преследования, а ППА пытается отгородиться от Роберта Кочаряна, Левон Барсегян ответил – контрреволюционные силы могут принять меры, но ничего не получится. «Вполне возможно, что в мыслях проскользнет, Давид Арутюнян объявит голодовку, Шармазанов откажется от воды, но если это все будет сделано, получится, что они остались невосприимчивы к общественному мнению. Как сказал Серж Саргсян утром 22 апреля, на переговорах с Николом Пашиняном. Я очень хочу, чтобы попытались это сделать, мне действительно интересно – сколько сотен людей будет стоять за их спинами, но они потерпят неудачу. Никакая попытка контрреволюционного движения не может преуспеть».
На вопрос, что должны сделать новые власти для предотвращения нежелательных событий, Левон Барсегян ответил: «Только действовать по закону, общественным доверием. Это легко сделать, пока я видел эти два принципа в поведении. Если они упустили одно из этих двух обстоятельств, скажем, сделали что-то незаконное, где-то сломали что-то в общественном доверии, доверие уменьшиться. Но общественность доверяет новому правительству».
Эксперт АИМОБ Рубен Меграбян отмечает, что контрреволюционный ресурс больше не наблюдается в Армении. «Если новые власти Армении не допустят роковых ошибок», — сказал он.
Комментируя заявления РПА, АРФД и ППА, политолог отметил: «Я вижу в этих заявлениях больше проблему сохранения своего лица, а в случае с ППА – чтобы не поставить под угрозу политическое будущее».
По словам Меграбяна, именно элита нынешней РПА которая 10 лет замораживала дело 1 Марта, не выдвигала обвинений, что было сделано в условиях наличия политической воли новых властей. «В случае с АРФД мы видим, что они во многих вопросах обязаны Роберту Кочаряну. Здесь есть некоторая институциональная память. Роберт Кочарян, который, изменив ситуацию, освободил некоторых из них, часть, которую можно было освободить, и АРФД был союзником Кочаряна до последнего дня его президентства. «А ППА говорит, что мы не имеем к этому никакого отношения, а перед законом все равны. Сказанное правительством одно – да, все делается в рамках закона, успокойтесь и сядьте на свое место», — сказал Меграбян.
По его словам, то, что Республика Армения может призвать к ответственности своего бывшего президента и делать это не под давлением международного сообщества или с помощью Гаагского суда, а своими силами, этим мы излагаем этапы становления государственности и дальнейшего развития. «Это в каком-то плане было беспрецедентно на постсоветском пространстве, в промежуток времени после распада Советского Союза. Армения делает серьезный шаг в будущее, и детализует те задачи, во имя которых армянские граждане вышли на улицы. И не только во время этой революции, но и в 2003, 2004, 2008 и в апреле-мае 2018 года», — отметил политолог.
