Вчера адвокат Юрия Хачатурова получил из ССС положительный ответ на заявление своего подзащитного в связи с выездом из страны, а это означает, что пока еще действующий генеральный секретарь ОДКБ, который является обвиняемым по делу 1 Марта и находится на свободе под залог, может отправиться в Москву – на свое рабочее место.
Согласно законодательству Армении, избранная в отношении Хачатурова мера пресечения – залог, не считается препятствием для выезда за пределы страны. Однако то же самое законодательство предусматривает согласие со стороны следственного органа, из-за чего адвокат и обратился в ССС. Адвокат пояснил, что согласие следственного органа предполагает, что Хачатуров явится в следственный орган по первому же требованию. Несмотря на то, что законодательство предусматривает такую процедуру, однако многие недоумевают из-за того, что Хачатурову ССС разрешила покинуть страну – в особенности в том случае, когда другой обвиняемый по делу 1 Марта – бывший министр обороны Микаэл Арутюнян объявлен в розыск и, по всей вероятности, находится в России.
Нет никаких гарантий, что Хачатуров вернется в Армению, тем более, что многие истолковывают произошедшее даже в жанре теории заговора, выражая мнение, что «гуманизм» ССС в отношении Хачатурова объясняется давлением российской стороны, в частности, заявлением главы МИД РФ Сергея Лаврова. Так ли это или нет – мы затрудняемся сделать какое-либо утверждение, потому что, во-первых, следственная группа действует недостаточно открыто, и мы, по сути, очень мало информированы о процессе. Также не будем забывать, что расследование дела 1 Марта хотя и правовой процесс, но с сильным политическим компонентом, и эти два компонента – политический и правовой, безусловно, оказывают влияние друг на друга. Именно это обстоятельство и делает важным абсолютно законный ход расследования, чтобы в его отношении было полное доверие – как со стороны общества Армении, так и зарубежом.
Сегодня преобладающая часть общества верит расследованию, потому что есть большой запас доверия к действующим властям. То есть, в основе общественного доверия есть благоприятная политическая конъюнктура, которая, однако, может измениться в любой ситуации, а это означает, что с течением времени у общества может возникнуть поляризованный подход к расследованию дела 1 Марта, тем более, что политический компонент расследования с течением времени объективно увеличится, причем, с обеих сторон – как защиты, так и обвинения.
В подобной ситуации увеличиваются риски, что дело 1 Марта может стать заложником политической конъюнктуры – терпя на себе влияние логики знаменательных событий, происходящих как внутри страны, так и вокруг нее.
Вчера в беседе с Первым Информационным посол по особым поручениям президента Армении в 1992-95гг, бывший директор Службы Национальной безопасности РА Давид Шахназарян предложил механизм, который позволит вокруг расследования дела 1 Марта создать так называемый институциональный механизм доверия общества Армении и международного сообщества. «Мы увидели реакцию России. Я не хочу оценивать адекватность реакции Армении, но я был уверен, что Армения отреагирует следующим образом: мне казалось, что Армения должна была предложить провести совместное расследование, и с привлечением не только представителей России, но и международных представителей. Я хочу напомнить, что таковым было требование оппозиции после событий 1 марта 2008 года, также было и лично моим требованием, об этом говорили и международные организации, в обратном случае – у меня нет в этом сомнений, что стороны не будут удовлетворены. Если все стороны, наше общество хотят многостороннего, объективного и беспристрастного расследования, то это – единственный выход, здесь двух вариантов быть не может», — сказал Шахназарян, предложив пригласить представителей из геополитических центров и предложить провести совместное расследование, и привлечь в следственную группу этих специалистов – из США, ЕС, России, почему бы нет – и из ОДКБ, потому что в деле в качестве обвиняемого выступает генсек ОДКБ.
Предложение Давида Шахназаряна на первый взгляд может и не воспринимается, потому что может возникнуть неверное впечатление, что мы не доверяем нашим властям или уступаем давлению внешнего вмешательства. Но все это – поверхностные суждения, потому что предлагаемый механизм нацелен на то, чтобы избавить расследование от какого-либо политического давления, конъюнктуры – путем повышения его легитимности и качества в глазах нашего общества и международного сообщества. Подобные случае международного расследования есть в общемировой практике: например, в нашей соседней Грузии в расследовании дела об убийстве премьер-министра Зураба Жвания участвовали приглашенные из-за границы специалисты.
Вне всяких сомнений, что Роберт Кочарян является соучастником преступления 1 Марта, однако для того, чтобы в Армении или за ее пределами никто не осмелился говорить о политических преследованиях, проявлениях вендетты, весьма целесообразно, чтобы в расследовании участвовали иностранные юристы, которые в Армении не имеют субъективных политических интересов и своим присутствием сформируют полное доверие к результату расследования – как в нашем обществе, так и зарубежом.
В эти дни мы имеем дело с кризисом в армяно-российских отношениях, который, конечно, имеет еще много причин, но он либо обусловлен, либо, по крайней мере, проявлен в результате событий вокруг 1 Марта. В тексте Лаврова было скрыто мнение, что власти Армении преследуют политические цели в деле 1 Марта, предположительно, против России.
То, что Лавров говорил дипломатично, открытым текстом говорят российские эксперты. Например, «Взгляд» представил интервью с директором Института политических исследований Сергеем Марковым, который буквально сказал: «Представьте, если Генсека НАТО арестовала норвежская полиция. Какова была бы реакция властей США? Вся ситуация с генеральным секретарем ОДКБ, я почти уверен, была согласована с американскими спецслужбами. И поэтому, я считаю, в Кремле растет не только нервозность, но и осознание того, что армянское руководство находится в тайном диалоге с российскими врагами посредством стран НАТО, по сути, спецслужб США».
Повторяем, что нынешний кризис армяно-российских отношений намного глубже и не обусловлен только одним фактором, но, безусловно, международное расследование по делу 1 Марта, по крайней мере, позволит не обострить кризис. В конце концов, мы не должны забывать, что Азербайджан является основным бенефициаром армяно-российского кризиса, и все события крутятся вокруг Нагорно-Карабахского конфликта.
В этом смысле мы считаем, что усиление легитимности расследования 1 Марта будет только способствовать нейтрализации внешних и внутренних рисков, позволяя Армении раскрыть одну из трагических страниц своей истории. Наконец, мы все понимаем, что без раскрытия Арменией преступлений 1 Марта и 27 Октября, она не может двигаться вперед. И крайне важно, чтобы результаты расследования не вызвали никаких сомнений внутри Армении и за ее пределами.
