Созванная Робертом Кочаряном пресс-конференция была сорвана. Граждане, которые организовали акцию протеста напротив места проведения пресс-конференции, ворвались в здание, затем – в конференц-зал, и не позволили, чтобы она состоялась, заявив, что у Кочаряна в Армении нигде нет места, кроме как в тюрьме, и он должен дать ответ на произошедшие в годы его президентства убийства и за 10 жертв 1 Марта.
На провал пресс-конференции можно смотреть по-разному. В конце концов, стоило ли позволить Кочаряну высказаться, ответить на вопросы? С другой стороны, если он хочет и имеет что сказать предметно, а не то, что уже сказал в своем эксклюзивном интервью, и говорили его адвокаты и прочие защитники, то в современном мире невозможно не найти способ высказаться. Следовательно, в данном случае едва ли можно серьезно говорить об ограничении свободы слова.
С другой стороны, Роберт Кочарян в виде действий граждан был удостоен того самого отношения, которое он сам и вызвал своим же отношением за десять лет президентства к обществу, к этим же гражданам. В те годы в Армении было место только тем, кто признавал безоговорочную неоспоримость власти Кочаряна. Место, конечно, не в физическом смысле – физически место было у многих, хотя и не всегда безопасное, а вот в содержательном смысле иметь место в Армении зависело именно от главным образом отношения к власти.
С другой стороны, это было так не только во времена президентства Кочаряна, но в данном случае речь идет именно о его деле. Ситуация примечательна, безусловно, своим политическим компонентом, который приобрел новый оттенок в результате изменения меры пресечения Кочаряна. Как мы и предсказывали, эта новая ситуация второму президенту вовсе не сулит более спокойных и комфортных условий, нежели прежняя мера пресечения, которую он пытался преодолеть. Развития, произошедшие вокруг его пресс-конференции, показали, что Роберт Кочарян на свободе может оказаться в еще более «несвободном» положении, нежели в условиях содержания под стражей.
Статус Роберта Кочаряна не изменился, он продолжает оставаться обвиняемым. Ход дела продолжается. Роберт Кочарян должен или сотрудничать со следствием, или отказаться от этого. С другой стороны, он должен уточнить вопрос своего нахождения или не нахождения в политике. Но до того, как он это уточнит, граждане, активисты уточнили для него некоторые моменты. Ак он будет заниматься публичной политикой, если на всех площадях, общественных территориях может столкнуться к той же ситуацией?
По сути, проваленная пресс-конференция в глубинном смысле показала ту серьезную ловушку, в которой оказался Роберт Кочарян – решив включить в компоненты методологии своей защиты включить политику. Роберт Кочарян 14 августа был лишен не свободы слова, по большому счету, он был лишен права на политику, хотя с другой стороны – это обстоятельство обострило и вопрос пути его отступления. Именно этот вопрос и дал основания предсказать, что Кочарян в формальном, физическом смысле оказавшись на свободе, с политико-психологической точки зрения практически столкнулся с крайне сложной ситуацией, оказавшись, так сказать, не в своей тарелке, где ситуация подталкивает его к действиям, в то же время ограничивая и требующееся для них или возможное пространство.
С другой стороны, Кочарян, оказавшись в ситуации загнанного в угол, не становится ли более опасным? Этот вопрос задают многие, причем, еще с момента предъявления ему обвинений и ареста. В действительности, однако, подобного рода вопросы крайне гипотетичны, потому что по это логике никто не должен быть призван к правосудию, не должен вставать перед уголовно-правовой ответственностью, потому что это будет означать загнать в угол и сделать опасным.
Более того, в действительности именно для Роберта Кочаряна, пожалуй, все более и более видимой становится та опасность, которую содержит в себе если не прямая ответственность за беззаконие в вопросах общественного и государственного значения, то в вопросе ответственности как минимум отсутствие ответов на ряд очень важных вопросов. И если у Кочаряна есть убедительные и достоверные ответы, которые могут немного облегчить его личную ответственность, то ему ничего не мешает озвучить их.
