Роберту Кочаряну пока удается с минимальными ресурсами или усилиями срывать максимальный эффект от «возвращения в политику». Казалось бы, возникла некая ситуация, когда его имени достаточно для того, чтобы политика «сама собой» сплеталась вокруг него. Второе эксклюзивное интервью Кочаряна было эксклюзивно провальным, еще большим, нежели провал его пресс-конференции. Более того, стало очевидным, что Кочарян в случае, если заговорит, провалится еще больше, чем если будет молчать. Но это не мешает тому, чтобы, по сути, не говоря ничего, ни стал таким ньюзмейкером, каким в эти дни является, пожалуй, только Никол Пашинян. Эта реалия, конечно, имеет риски как для общества, так и для Кочаряна.
Но сначала – о рисках для Кочаряна, тем более, что в предыдущих публикациях мы обещали обратиться к вопросу отношений между Кочаряном и сегментами прежней правящей системы, хотя к этому мы, конечно, обращались и еще раньше – еще после его первого заявления, и, безусловно, и в дальнейшем будут поводы для возвращения к этой теме. Таки образом, «сплетаемая» вокруг Роберта Кочаряна – сплетаемая сама собой – может оказать ему «медвежью услугу» — как в 1998 году расценивали избирательных фальсификаторов его соратники, и ввести в опасное заблуждение или так сказать эйфорию, поднимая все выше и выше. А здесь судьбоносное значение будут иметь именно отношения между различными сегментами системы, причем не нынешние, а существовавшие в прошлом – в как в его президентский, так и постпрезидентский период.
По большому счету, оценки о мобилизации прежней системы или относительны, или преувеличены, потому что эта мобилизация практически всегда была не вокруг личностей, а вокруг власти – то есть, намного более конкретных ситуаций. Тогда как в настоящее время Роберт Кочарян – личность, а не ситуация. Как мы констатировали, ситуация вокруг Кочаряна развивается «независимо» от него, и это прекрасно видят те силы, которые занимают позиции по логике содействия ему. Наряду с этим, они понимают, что содействие – это «профилактика», тогда как нужно быть готовым скорее к тому, чтобы быть адекватным развитиям, «независимым» от Кочаряна, чтобы в нужный момент принести его в жертву или как минимум сбежать «из-под» него – чтобы он, падая с высоты, не упал именно на них. А отношения в прежней системе были достаточно сложными, запутанными, и они не решились в период президентства Кочаряна – а назрели и раскололи систему (как минимум раскололи), а усугубились период президентства Сержа Саргсяна, как минимум «четвертовав» систему – Кочарян, Серж Саргсян, Овик Абраамян, Карапетяны. Эти сложные отношения уравновешивались общим стремлением сохранить власть, тогда как сейчас власти больше нет, следовательно, нет и баланса.
Что касается опасности для общества, то здесь проблема в том, что «только лишь имя» Роберта Кочаряна стало поводом для неуместной паники, которую сеют заинтересованные в ней самые разные слои и силы, причем, посредством так называемых «контрреволюционных» или «приреволюционных» кругом – или, по крайней мере тех, кто так себя представляет. А паника приводит к снижению уверенности в себе, что является «залогом» снижения эффективности – опасным «залогом». Это автоматически не будет означает повышение эффективности Кочаряна, вовсе нет, поскольку для этого нужны многочисленные иные факторы, которых нет.
Проблема в том, что снижение уверенности в себе, а, следовательно, и эффективности лишит революцию и общество возможности создавать ситуацию, а это для капитализации и развития является ключевым. И в этом случае уже опасной станет «третья сила», та, которая в настоящее время независимо от Кочаряна создает вокруг него «ситуацию», уповая на неэффективность революции. К счастью, митинг 17 августа показал, что бархатная революция и общество все еще очень далеки от предметной опасности неэффективности, но нужно иметь в виду, что здесь «движение» встречное, то есть, революция и неэффективность – причем всегда и во всех странах и ситуациях – движутся навстречу друг другу, а не соперничают в том, кто из них первым доберется финишной линии. Следовательно, нужно подумать над тем, насколько адекватны друг другу с одной стороны мифический шум вокруг возвращения Роберта Кочаряна в политику, а с другой – состоявшийся накануне на Площади Республики эпичный митинг.
