«Известия», ссылаясь на помощника президента России Ушакова, сообщает, что Путин в конце сентября посетит Азербайджан. Ушаков отметил, что к концу года в России пройдет ассамблея в трехстороннем формате Россия-Иран-Азербайджан, их очередь, и выяснят, какие сроки удобны для их коллег.
Конечно, вряд ли Путин, который встречался с Алиевым в Сочи 1 сентября, поедет в Баку всего лишь ради уточнения нескольких дат. Более того, Алиев направил Путину приглашение посетить Азербайджан именно в конце встречи в Сочи. Путин фактически быстро принимает приглашение, а это означает, что есть процесс и некоторые быстро развивающиеся обстоятельства в процессе, которые вызывают высокий уровень частых корректировок. Конечно, этот режим не удивляет с точки зрения геополитического и регионального развития, и без того в очень активной фазе гиперактивные регионы или вспышки участились. Здесь, конечно, мы более чувствительны, когда речь заходит о российско-азербайджанских контактах.
Ситуацию делает более интересным то, что 8 сентября Путин встретится с Николом Пашиняном в Москве, и тот же Ушаков заявил, что они ожидают серьезного и откровенного разговора, так как есть вопросы у обеих сторон. Это беспрецедентно, когда российская сторона заявляет устами высокопоставленного дипломата, что есть вопросы у обеих сторон. То есть Москва берет на себя определенную ответственность в этом отношении.
Как встреча с Николом Пашиняном связана с визитом Путина в Азербайджан и, в частности, с проблемой Арцаха? Или здесь речь может идти об ОДКБ, статусе Азербайджана члена этой структуры или наблюдателя? Ереван на уровне МИД заявил, что он будет применять право вето, но это относилось к членству, а ситуация в вопросе статуса наблюдателя несколько иная.
С другой стороны, собирается ли Путин что-то предложить Еревану в обмен на зеленый свет для Азербайджана в ОДКБ? В то же время следует отметить, что несколько дней назад министр иностранных дел РФ заявил, что Ереван должен выполнять свои обязательства по ОДКБ независимо от внутренних процессов. О какой обязанности напоминал Лавров? Мы подняли этот вопрос сразу после заявления, в то время как оно становится все более интересным. Какие обязательства взял до этого на себя Ереван, что сейчас Москва ставит это перед Николом Пашиняном? Действительно ли это обязательство связано с Азербайджаном? Параллельно есть вопрос квоты Армении в плане поста генерального секретаря. Это поставлено под вопрос после дела Хачатурова. Но если Ереван должен сохранить эту квоту ценой каких-либо нежелательных и неприемлемых обязательств, то следует отказаться от нее.
Очевидно, что накануне 8 сентября повестка дня довольно насыщена, и у Никола Пашиняна и Путина есть действительно серьезные темы для обсуждения. С другой стороны, следует отметить, однако, что тема переговоров России и Азербайджана — это не только вопрос Арцаха, и здесь однозначно заключить, что визит Путина в Азербайджан будет обусловлен этой тематикой, может быть ошибкой. У России много других проблем с Азербайджаном, которые даже не подняты взаимно, скрыты под искренними заявлениями и подписанными соглашениями, но они не прекращаются. В этом смысле Азербайджан превращается по сути своей в уникальную антироссийскую таблетку, где у Ирана, Израиля, Турции и даже Казахстана, Туркменистана и Запада есть свои энергетические проекты.
Москва безусловно понимает, что здесь может решить только лишь вопросы нейтрализации вызовов, а превращение Азербайджана в зону ответственности или влияния – сказки. Вся проблема, конечно, в том, чтобы Путин не поверил в те сказки, которые пытается ему рассказать Баку о «злых армянах». Но проблема также и в том, и, пожалуй, самая большая проблема, что Путину начали рассказывать эти же сказки и некоторые круги прежней системы Армении – исходя из собственных политических и экономических интересов.
