В дискуссиях по повестке дня внеочередных парламентских выборов с точки зрения присутствующих в парламенте сил в настоящее проблема рассматривается в основном на уровне потерь. Другими словами, внеочередные выборы – это потеря практически для всех сил, представленных в парламенте, поскольку, помимо ГД Никола Пашиняна, у всех остальных есть проблема преодоления проходного порога. Тот факт, что у всех есть эта проблема, неоспорима. Это наиболее явно проявилось на выборах в Совет старейшин Еревана. Накануне мы говорили о том, что на парламентских выборах по ряду обстоятельств этот вопрос будет проявляться еще сильнее, то есть вероятность его углубления велика.
Но рассматривать ситуацию и проблемы в этих рамках будет не только ограниченностью и политической близорукостью, а просто фатальной ошибкой с необратимыми последствиями. Причем, речь идет о тех политических силах, для которых существует «дискурс потерь». Разумеется, в каждом случае необходимо рассматривать ситуацию по отдельности, поскольку перспектива и проблемы от краткосрочных до долгосрочных в случае каждого из них различны, однако, по большому счету, есть одна общность, а отдельные замечания мы сделаем, возможно, в будущем, по другим поводам, которые, конечно, будут.
Общность заключается в том, что Армения находится на пороге формирования политической системы, перед этой задачей. Для этого необходимо, чтобы прошли внеочередные парламентские выборы, и армянские события уже войдут в институциональное поле. И хотя кажется, что чем скорее это произойдет, тем меньше шансов появиться в парламенте у других сил, тем не менее, есть один нюанс. Не оказаться в парламенте для этих сил может быть более перспективной политической реальностью, чем остаться в парламенте сегодня. В случае, если они останутся, возникает следующий вопрос: а политическая реальность повернется ли назад, и придет ли та система, в которой привыкли помещаться и действовать парламентские силы? Если да, то сопротивляться, сохранять «право» на место в парламенте, возможно, и имело бы смысл. Но это в политическим или даже групповом плане может быть исключительно в этом случае, ни в каком ином. Соответственно, на практике все силы, и каждый должны по-отдельности ответить на этот вопрос: а возможен ли такой поворот? И еще один вопрос – в случае «ставки» на такой поворот, какие политические последствия может иметь промах? Очевидно, что последствия не просто ошибка или неудача, которые будут, а окажут глубокое влияние на социально-политическое будущее политической единицы или просто исключат это будущее в перспективе.
Соответственно, проблема находится именно в этой области, и в глубинном контексте политического момента потеря заключается не столько в достижении соглашения с Николом Пашиняном в вопросе роспуска парламента, сколько потому будет трудно войти в новый парламент. На самом деле, потерей будет попытка сохранить старый парламент, потому что в Армении реальное поле политической деятельности будет открыто не после роспуска парламента до нового избирательного периода, будь то недели или месяцы, а в течение пяти лет после выборов нового парламента. И особенность нынешней ситуации заключается в том, что силы, которые уже находятся и не находятся в парламенте, в этот период будут как минимум в равных условиях, если не сказать, что при определенных обстоятельствах преимущество могут получить даже силы, которые не в парламенте, ни в старом, ни в новом. Суть проблемы заключается в том, что настоящее внутриполитической реальности Армении полностью занято, его заняла команда бархатной революции, и нынешняя борьба за место, тем более в парламенте, по сути, равна сражению с ветряной мельницей. В перспективе победят те силы, которые с сегодняшнего дня будут способны смотреть немного дальше и вести содержательную борьбу для следующего избирательного этапа.
