Пресс-секретарь ОДКБ заявил, что у него нет сведений в связи с назначением на должность генсека организации представителя Беларуси. Такая информация появилась в российской прессе. Об этом написала российская газета «Коммерсантъ». А обсуждение вопроса генерального секретаря ОДКБ ожидается на предстоящем 8 ноября в Астане саммите организации.
С должности генсека организации был освобожден представитель Армении Юрий Хачатуров – в результате известных развитий. Однако квота Армении все еще действует до 1 января 2020 года. Армения в ответ на публикацию «Коммерсанта», распространила в официальном СМИ информацию анонимного источника, что вместо Хачатурова будет предложена кандидатура бывшего министра обороны Вагаршака Арутюняна. На официальном уровне пресс-секретарь МИД Армении сказал, что для Еревана приоритетным является эффективность деятельности секретариата. Вопрос представителя Армении или иной страны остался открытым.
Очевидно, что с этой точки зрения есть неопределенность или процесс, который не позволяет говорить о каком-либо вероятном решении. Но заметно, что как минимум рассматриваются оба варианта и не исключено и то, что Ереван сохранит свои позиции, и обратный вариант.
Здесь, безусловно, нужно задать вопрос: а что вообще Армения выиграла, получив квоту на должность генсека ОДКБ? Практически ничего. Более того, это обстоятельство подтверждали даже прежние власти – своими косвенными, но с прозрачными подтекстами заявлениями. Например, достопамятны слова вице-председателя НС Эдуарда Шармазанова о том, что Хачатуров в должности генсека ОДКБ – чиновник этой организации, а не продвигающий политику Армении в этой организации.
И это также, по сути, и логично. Потому что не имеет значение, представителем какой страны является, например, председатель Еврокомиссии или генсек НАТО. Следовательно, здесь вопрос в том, насколько сама Армения может проводить эффективную политику в ОДКБ и преследовать свои интересы, следовательно, сохранять организацию или, вернее, привести ее в поле полноценного выполнения союзнических обязательств.
И в этом самом контексте первейшая задача Армении заключается не в том, кто является генеральным секретарем, а в том, кто у власти в Армении, то есть, каковы эта власть, ее общественная легитимность и, следовательно – сила, весомость и прочность ее слова. И вот с этой точки зрения для новой власти Армении задача, конечно, находится в намного более широком поле, и вопрос генерального секретаря нужно рассматривать в этом контексте.
Конечно, понятно, что в случае, если квота не будет сохранена, Никол Пашинян удостоится критики – из-за якобы провала во внешней политике. С другой стороны, безусловно, в находящимся перед Пашиняном широком контексте эта критика – очень мелкий вопрос и, следовательно, и сохранение квоты генсека есть своя цена, и новая власть должна рассматривать ее в данном контексте – поспособствует ли сохранение квоты тому, чтобы поставить перед ОДКБ вопрос пересмотра своего более широкого военно-политического поведения, что, конечно, не является вопросом одноактного действия, а процессом, требующим длительной работы, или же Армения, сохранив квоту, определенно утратит возможность ставить более широкие вопросы? Конечно, ни первое, ни второе не будет наилучшим вариантом, однако, как генеральный секретариат ОДКБ не был для Армении каким-либо большим достижением, так и не будет большой потерей. Весь вопрос в эффективности процесса.
