Общественность активно обсуждает заседание совета РПА, заявление РПА и ее решение участвовать во внеочередных парламентских выборах. Это самое обстоятельство уже вызывает вопросы или вопрос: неужели через шесть месяцев после бархатной революции нет ничего другого, что можно обсудить? С другой сторону, ситуация в каком-то смысле объективная – с учетом того, что процесс бархатной революции еще де-юре не завершен, что, пожалуй, даст обществу уже более спокойную возможность перейти к де-факто новой повестке.
В то же время, внимание к РПА неравнозначно вниманию как всего лишь к политической силе. Дело в том, что РПА в настоящее время является некой реалией, неким образованием, из которого вольно или невольно вытекает процесс будущего перекраивания политического поля или будущее уже происходящего процесса. И в этом смысле примечательно, когда Виген Саргсян заявляет, что Никол Пашинян ради новой Армении должен отдать свой голос в пользу РПА.
На первых взгляд это почти анекдотичное заявление в действительности содержит весьма примечательные политические междустрочия или контекст – вольно или невольно. Дело в том, что РПА своей активностью по сути вызывает такой общественный резонанс, который по большому счету создает проблемы не для команды бархатной революции и ее лидера или попросту новых властей, а для их вероятных конкурентов. Здесь, конечно, речь идет не об абсолютных реалиях, однако ситуация вовсе не однозначная и не однослойная, как бы это не показалось на первый взгляд. Чем больше внимания удостаивается РПА – своими действиями, сколько бы это внимание не проявлялось в виде главным образом жесткой критики и даже ругательств, тем больше лишаются внимания все те силы, которые пытаются найти свое новое место в новой ситуации.
У Республиканской партии по сути нет иной стратегии или тактики, и для того, чтобы сохранить свою политическую так скажем актуальность, она и играет именно по этой логике. Не будет этого, в сущности не будет и РПА – хотя бы в качестве вывески, потому что на практике в настоящее время так называемая РПА и есть эта вывеска. Об этом свидетельствует и то, что заседание совета прошло в весьма напряженной обстановке.
Партия практически приняла не решение участвовать в выборах, а попросту не приняла решение не участвовать. Просто те сегменты, которые против участия, они никогда не были в кругу принимающих решения, следовательно, будучи внутри большинством, практически же оказались неспособны прийти к первому политическому решению в своей жизни. Просто их «аполитичные мотивации» в прошлом удовлетворялись логикой политических решений «меньшинства» — в статусе власти, а в настоящее время удовлетворяются иным образом. Но политическим механизмом всего этого большинство РПА никогда не владело, и «меньшинство» заявило о решении участвовать.
