Параллельно с парламентскими выборами в Армении, проходил и другой избирательный процесс, который был урегулирован накануне. И хотя это было за пределами Армении, границы этого процесса ощутимо включали в себя множество вопросов, включая государственные интересы и безопасность Армении.
Речь о президентских выборах в Грузии, где состоялся второй тур, и между собой боролись Григол Вашадзе и Саломе Зурабишвили, которые в разные годы работали министром иностранных дел в правительстве Михаила Саакашвили. Вашадзе в настоящее время является товарищем по команде Саакашвили, а Зурабишвили не является членом партии и фактически был кандидатом правящей партии «Грузинская мечта», или иначе говоря – Бидзины Иванишвили. Зурабишвили победила и во втором туре, получив 59,5 процента. Вашадзе получил 40 процентов.
Одной из особенностей грузинских выборов было то, что они получились по сути намного громче предыдущих выборов, и по сути Грузия, которая продемонстрировала образцовую смену власти на парламентских выборах в 2012 году, после этого проводит еще более шумные выборы. Шумные не в смысле политического содержания, а в связи с недовольством, связанным с легитимностью избирательного процесса. Конечно, здесь есть проблема политической культуры и мышления, когда этот шум применяется не как реакция именно на ситуацию, а как политическая технология. Но, как говорится, нет дыма без огня.
Таким образом, выбор Грузии дает Армении повод для двух основных выводов. В Грузии сохраняется власть или, так сказать, «целостность» власти, поскольку страна с парламентской моделью, а основным мандатом является парламент. Тем не менее было ясно, что победа Вашадзе разделила бы власть и создала очень примечательную ситуацию перед предстоящими парламентскими выборами. Тем не менее, эта ситуация не исключается, учитывая тот факт, что шум, связанный с избирательным процессом, как с точки зрения оценок, так и показателей, когда очевидно, что общественность кажется ориентирована на две части, и разница на самом деле составляет 20 процентов, однако, принимая во внимание ряд обстоятельств, можно сказать, что на самом деле намного меньше.
Это означает, что Армения должна быть готова работать с Грузией, где у правительства будет бремя внутренней напряженности и возможные проблемы. Здесь есть не только двусторонние отношения, но и проблема грузинско-армянской общины, которая, с одной стороны, требует довольно деликатной работы, с другой стороны, может быть возможностью эффективно и гибко работать с Грузией. Конечно, в это заключение мы можем включить целую подгруппу важных двусторонних вопросов, включая вопросы безопасности, в которых у Армении и Грузии есть прямые неоспоримые общие интересы.
Другой аспект заключается в том, что мы видим снижение роли локомотива региональной демократии. Грузия – локомотив евроатлантической интеграции, но уже возможно в контексте не демократических процессов. С этой точки зрения Армения играет ведущую роль, и если выборы 9 декабря пройдут так же, как и в Ереванский Совет старейшин, то независимо от процентного соотношения, Армения на существующем фоне может добиться существенного прогресса в смысле демократического «центра», и он переместится из Грузии в Армению.
Конечно, нет необходимости рассматривать ситуацию в контексте конкуренции между двумя странами, но Армения, безусловно, должна извлечь выгоду из реалий, потому что в конечном итоге Армения является только и только более сильным партнером и союзником для Грузии, и более сильная Армения — это безопасность для Грузии, а не наоборот. В конце концов, Армения не отбирает никакую роль, Армения принимает на себя свою роль.
