Накануне Генпрокуратура Армении сообщила, что арестован военнослужащий дислоцированной Гюмри 102-ой российской военной базы. Военнослужащий подозревается в убийстве 57-летней Джульетты Казарян, совершенном по неосторожности.
Дж. Казарян скончалась 2 декабря в Гюмри, вследствие жестокого избиения. По факту инцидента заведено уголовное дело по пункту 14, части 2 статьи 112 Уголовного кодекса Армении (умышленное нанесение телесного повреждения, которое привело к смерти пострадавшего).
Ранее посольство России в Армении опровергло причастность российского военнослужащего к инциденту.
В этой истории есть несколько примечательных обстоятельств.
Как сообщается официально, инцидент произошел 2 декабря. Российская сторона, конечно, в те дни официально опровергла причастность своего военнослужащего к убийству, но как минимум странно, что сохраняла молчание армянская сторона. Мы не утверждаем, но такое впечатление, что компетентные органы молчали об этом вопиющем случае с целью не накалять страсти в жаркие дни предвыборной кампании.
Эта версия еще больше подкрепляется тем фактом, что со стороны властей Армении и сейчас не звучат публичные оценки, что, мягко говоря, не соответствует той позиции и риторики, о которых говорит Никол Пашинян, когда речь идет о внешних отношениях.
Даже через три дня после выборов Владимир Путин не поздравил Никола Пашиняна, и, по всей видимости, наши власти заняты «организацией» поздравительного послания Москвы, что считается более важным приоритетом, нежели выяснение обстоятельств убийства беззащитной гюмрийской женщины.
Но в глубинном смысле, мы имеем дело с намного более опасным явлением.
Когда около четырех лет назад другой военнослужащий российской военной базы совершил бойню, расстреляв всю семью Аветисянов, в Гюмри и по всей стране поднялась волна протестов. Сейчас общество крайне безразлично в вопросе совершенного убийства, не восстают даже сами гюмрийцы. Мы искренне не хотим думать, что четыре нашему обществу был нужен всего лишь повод для того, чтобы восстать против отвергаемой власти Сержа Саргсяна.
Хотим верить, что в прежнем случае повестка народного восстания была более многослойной, и это касалось и суверенитета Армении, армяно-российских отношений и системы вытекающих из них вопросов. Иными словами, мы склонны думать, что общество и его представления не изменились, просто люди считают, что сейчас у них есть надежная власть, которая обязана проявить последовательность в раскрытии преступления и вынести политико-правовые оценки, если нужно – потребовать разъяснения у российской стороны.
Но власть, как мы отметили, молчит, и получается, что Никол Пашинян со своим высоким рейтингом, не устранил существующие в армяно-российских отношениях подводные рифы, а всего лишь «набросил на них покрывало» — выведя болезненные вопросы из поля общественных интересов и требований.
Ситуация очень похода на то, что мы описали, и этим самым она стала еще более тупиковой. Нормальное течение армяно-российских отношений может быть восстановлено только в том случае, когда в Москве почувствуют «дыхание» общества Армении, его субъектность.
В обратном случае получается, что высокий рейтинг Никола Пашинян в конкретном случае ставился на службу не столько демонтажу вассального режима в армяно-российских отношениях, сколько создания положительного образа России в глазах нашего общества.
Если наше общество с безразличием взирает на то, как российская военная база ведет себя в статусе оккупанта, и стерпев жестокое убийство своего гражданина, то завтра могут быть зафиксированы еще более трагические случаи – с непредсказуемыми последствиями.
