Собеседник Первого Информационного – член всеармянской партии «Сасна Црер» Варужан Аветисян.
— Господин Аветисян, партия «Сасна Црер» опубликовала заявление с требованием освободить Смбата Барсегяна и Армена Билана и, в качестве примера, приводите Манвела Григоряна. Вы думаете, что две вещи связаны друг с другом, какой логикой вы связываете это друг с другом?
– Существует следующая логика: была ли банда вообще или нет, было ли преступное сотрудничество или нет, было ли государство захвачено или нет. И таким же должен быть системный подход, который подразумевает полную логику. Если правительство присвоило, государство захватило, совершило много преступлений, вся нация говорила об убийствах, которые они совершали в течение десятилетий, и существуют различные обоснованные подозрения, тогда граждане, которые выступают против них, должны получить адекватное обращение. если они восстали против тирании, предательства родины, геноцида, почему их посадили в тюрьму? Логика такова, об остальном можно говорить днями. Мы говорим, что должно быть правосудие переходного периода, в котором все вопросы должны выдвигаться и решаться, а не в тех оставшихся от прежней власти судах продолжать судить угнетенных: это абсурд, шутка, процесс против национального достоинства, и этому нужно положить конец.
— Но в случае «Сасна Црер» был принят во внимание фактор жертв…
– Мы знаем, что многие жертвы были убиты преступным режимом, и до сих пор не было дано никакого ответа. Во-вторых, очевидно, что почти все из нас не имеют никакого отношения к убийствам полицейских, их убил режим, чтобы вину возложить на наших и предпринимать соответствующие шаги. Если мы принимаем, что 1 марта полицейского убил полицейский режим, если мы признаем, что доказательства были сфальсифицированы, то почему мы безоговорочно верим тому же режиму в случае «Сасна Црер», почему мы так избирательны, разве это не то же самое произошло здесь, те же люди, с тем же почерком сделали то же самое, почему должно произойти что-то другое, что мы должны из этого понять?
— Но конкретно по части Ванояна вы не отрицали, что он погиб от выстрелов членов вашей группы.
– Мы не отрицаем в этой части, но это все равно нужно понять и принять в той же логике, независимо от того, была ли диктатура, был ли план по сдаче территорий или нет, видите, что и Лукашенко доказал, что был. Наши ребята восстали против этого, жаль, но возможно, что есть жертвы с обеих сторон. Восстание – это естественное право: оно забыто, вы оставили ее в стороне, ситуацию, которая лежит в основе восстания, мы отложили в сторону и продолжаем жить по той же логике … но ведь люди свергли режим и должны установиться право и справедливость. Мы неоднократно заявляли, что если было превышение права на самооборону и в широком, и узком смысле, тогда, пожалуйста… но для этого должен быть определенный процесс правосудия переходного периода. То есть наши ребята также должны пройти через этот процесс. Если вы помните, я говорил и во время дебатов, и если вы заметили, господин Пашинян головой сделал положительный знак, что да, нам также нужно иметь дело с этим переходным правосудием, мы не против этого, а наоборот, и мы требуем его. Но дело должно быть рассмотрено в суде переходного правосудия, а не в оставшейся от предыдущего режима части суда, с ложными обвинениями, выдвинутыми их прокурорами и следователями, весь разговор об этом. До тех пор, по какому праву вы продолжаете людей в статусе военнопленных держать в тюрьме, так как, по приказу Сержа Саргсяна, сотрудники правоохранительной системы ложно обвиняли и задерживали людей? Что мы делаем, мы продолжаем действия прежнего режима, понимаем, что делаем?
— Вы упоминаете основы своих действий, но приемлемы ли они для родственников жертв, и на вопрос следует смотреть только с этой точки зрения?
— Вопрос права не может обсуждаться с точки зрения ни моих, ни ваших, ни чьих бы то ни было родственников или друзей, у всех нас есть родственники, и также родственники сотен людей погибли во время апрельской войны, многие солдаты погибли и продолжают умирать из-за этой ситуации. При всем уважении ко всем жертвам и их родственникам, нельзя просто подходить с этой точки зрения, это становится искаженным восприятием права, права семьи, безусловно, должны уважаться и защищаться, и всеми возможными способами мы должны быть в состоянии найти условия примирения и взаимопонимания, не совсем правильно ставить право на существование всей родины под сомнение. Никто не собирался идти и убивать человека, ни у кого не было такой цели, и это очевидно для всех, поэтому с этой точки зрения вы должны преодолеть ее и попытаться взглянуть на нее с этой точки зрения и сказать, что у людей есть родственники … неправильно рассматривать проблему с этой точки зрения, нам всем нужно понять, что люди были разделены на две группы: угнетатели и преступники, палачи и жертвы, и нужно призвать к ответственности тех, кто отвечал за раздел, они виноваты за всех жертв. Вместо того, чтобы призывать их к ответу, мы даем государственные привилегии и повстанцев против тирана держим в тюрьме, как минимум, подозреваем, по сути, по ложному обвинению. Вся проблема заключается в селективном правосудии.
