Дискуссия или столкновение между партиями «Светлая Армения» и ППА в ходе обсуждения в НС вопроса председателя постоянной парламентской комиссии по внешним отношениям, которое произошло вследствие реакции ППА, само по себе будучи локальным инцидентом, тем не менее, в достаточной мере характеризовало логику парламентской политической палитры и в ней роль ППА. Один из депутатов ППА, который работал советником бывшего посла Армении в Украине Андраника Манукяна, весьма бурно отреагировал на то обстоятельство, что депутат от партии «Светлая Армения» поднял вопрос иностранных послов Армении, вопрос принципа их назначения, в числе нескольких послов указав также и на непрофессионального дипломата Андраника Манукяна, а также, мягко говоря, не очень хорошие армяно-украинские отношения в период его работы.
Очевидно, что проблема находится в плоскости политических оценок, где мог бы быть ответ – отрицая, что посол был неэффективен. В конце концов, во всем мире в случае назначения послов иногда применяется чисто политический принцип во время назначения не профессиональных дипломатов. Здесь контраргумент мог и должен был быть в контексте политической логики. Вместо этого на арену была вынесена на протяжении лет уже изношенная логика «азербайджанской мельницы», якобы вопрос повторяет азербайджанские пропагандистские «тезисы». То есть, депутат представленной в парламенте политической силы фактически подает Азербайджану довольно хорошую идею – как управлять политическим полем и политической жизнью Армении, как контролировать, диктовать повестку, темы и прочее. Достаточно, чтобы из Азербайджана прозвучали некие «тезисы», чтобы в Армении, фактически, были бы блокированы важные политические темы и вопросы, поскольку тех, кто их поднимает окажется возможным обвинить в повторении «азербайджанских тезисов».
Депутат представленной в парламенте Армении политической силы, фактически, преподносит Азербайджану «прекрасную» формулу управления парламентом и политическим процессом в Армении вообще. Остается, чтобы в Азербайджане решили, что они хотят, чтобы обсуждалось в Армении, а что – нет. Повторяем, что этот фактор весьма изношен, но, фактически, все еще применимый. На протяжении лет его применяли власти – в прежней правящей системе, и пытались применять до конца, даже через некоторое время после бархатной революции. И здесь, конечно, возникает вопрос – не перенимает ли теперь ППА «эстафету» его применения именно в этом вопросе, то есть, интересов прежней правящей системы? Потому что партия «Процветающая Армения» — ключевая сила, сформированная именно в этой системе, поскольку такие мощные единицы могли прорасти только из системы – все другие подобные попытки система либо душила в колыбели, либо на площади Мясникяна. Именно здесь и расширяются границы произошедшего – из локального инцидента приобретая уже широкий внутриполитический характер, поскольку отражается проблема политического организма парламента. ППА, фактически, старыми методами и по старой логике, со старыми «тезисами» занимается защитой старой системы, и хотя в данном случае в центре всего находится личность, тем не менее, как минимум возникает вопрос – не повторится ли эта же самая функция в случае явлений? С другой стороны, это может также стать довольно хорошим фоном для парламентского большинства блока «Мой шаг» и «Светлой Армении», которые на фоне этого поведения ППА получат возможность еще больше подчеркнуть свои новые политические качества, и в случае, если это будет реализовано, «Процветающая Армения» будет вынуждена или адекватно обратиться к этому – чтобы сохранить шанс на место в следующем парламенте и в политической системе вообще, или же полностью и окончательно раскрыться в роли «полномочного представителя» старой системы.
В этом смысле на первый взгляд может показаться только лишь то, что ППА оказалась в так сказать привычной для себя роли буфера. В действительности ППА в настоящее время оказалась посреди двустороннего давления, и параллельно естественной работе НС, это давление еще больше усилится, поскольку естественность в случае нового парламента должна предполагать полноценное проявление политического потенциала, представленного в парламентских фракциях и «Мой шаг» и «Светлая Армения».
