На так сказать переговорных стадиях процесса урегулирования арцахского вопроса периодически возникают общественные вопросы в связи с венскими и санкт-петербургскими договоренностями, которые были достигнуты почти сразу после четырехдневной Апрельской войны.
Эту тему особенно активно генерируют представители прежней власти, обвиняя новую власть в «потере» Вены. Однако в действительности Вена была потеряна намного раньше бархатной революции. Более того, революция для Армении, пожалуй, нейтрализовала потерю Вены и даже дала возможность с течением времени восстановить потерю.
В мае 2016 года состоялась встреча в Вене – под эгидой США, а через месяц – в июне – состоялась встреча в Санкт-Петербурге – под эгидой России. Затем должна была последовать встреча под эгидой третьего сопредседателя Минской группы ОБСЕ – Франции, и поскольку Вена и Санкт-Петербург последовали друг за другом после паузы в один месяц, предполагалось, что третья встреча состоится через равный промежуток времени, если не через месяц, то через два, три. Но третья встреча Саргсян-Алиев состоялась не через 2-3 или же 9-10 месяцев, а спустя полтора года или 15 месяцев. После встречи в Санкт-Петербурге в июле 2016 года, третья встреча состоялась в конце октября 2017 года в Женеве, причем, под эгидой не Франции, а общего сопредседательства МГ ОБСЕ, что в свою очередь подсказывало, что нарушен определенный цикл. Хотя есть и иное доказательство нарушения этого цикла, пожалуй, более глубинное и серьезное.
В итоговом заявлении, последовавшем за встречей в Санкт-Петербурге, которое было распространено от имени трех сопредседателей, отсутствовало какое-либо упоминание о Венской повестке и договоренностях. Причем, это было настолько значимым обстоятельством, что на следующий день после встречи давший пресс-конференцию в Ереван посол Франции заявил, что несмотря на отсутствие упоминания о Вене, «в их повестке остается первоочередной договоренность в Вене».
А проблема в том, что договоренность в Вене касалась внедрения механизмов по поддержанию режима перемирия на армяно-азербайджанской границе и линии соприкосновения, механизма международного расследования случаев нарушения перемирия. В Санкт-Петербурге об этом не было ни слова. И то, что посол Франции немедленно в Ереване напомнил о Вене, изъявив готовность Парижа организовать третью встречу, это свидетельствует о том, что Санкт-Петербург в действительности вызвал обоснованные подозрения в наличии цели исказить венскую повестку.
Дело в том, что венская повестка и договоренности практически в своем глубинном подтексте содержали аннуляцию монополии РФ в управлении статусом-кво арцахского вопроса и так сказать коллегиальное управление сопредседательства Минской группы или международного сообщества. А это, естественно, обеспечило бы более многослойную гарантию по части эффективности политического управления, снизило бы возможность манипуляций и различных провокаций и шантажа. Неудивительно, что Россия попыталась как можно скорее организовать вторую встречу – в Санкт-Петербурге, с тем, чтобы исказить венские договоренности. А затем, вероятно, было сделано все возможное для организации третьей встречи, то есть, чтобы с помощью Франции нейтрализовать возможность «восстановления».
Это, пожалуй, удалось, поскольку Сержа Саргсяна после Апрельской войны сначала весьма интересовала капитализация провала военной агрессии Азербайджана в арцахской проблеме, но постепенно все более преобладающим становилось разрешение вопроса власти в Армении, поскольку через год ожидались выборы, а затем и проблема 2018 года. В Женеве уже не было ни Вены, ни Санкт-Петербурга. Об этом не было никакого разговора, и даже армянская сторона ни в одном из своих заявлений не упомянула об этом.
Серж Саргсян вплотную приблизился к проблеме 2018 года, и, естественно, на международной площадке его интересовала не Вена, а вопрос премьерской должности, следовательно, все остальные вопросы были подчинены этому, в том числе и арцахский процесс. Хотя, как показали действия Азербайджана в нахичеванском направлении, Саргсян не достиг особого успеха в этом вопросе. Дело в том, что Азербайджан в Нахичеване передвижения и передислокации начал не в дни бархатной революции, как это распространялось по информационным каналам, а в феврале-марте, когда Саргсян уже приблизился к финальной черте перехода с должности президента на должность премьер-министра.
В действительности же, как говорили военные эксперты и ответственные лица сферы обороны, Азербайджан существенным образом не сумел улучшить свои позиции, однако в данном случае проблема в том, что Баку попросту прощупывал почву, чтобы уже после премьерства Сержа Саргсяна уверенно шагать по этой почве. Алиев даже на полгода вперед перенес президентские выборы в Азербайджане – с октября на апрель, чтобы освободить ноги и руки. Но уже в это время начал шагать армянский народ, гражданин Армении, спутав все планы Алиева.
