В возникший в результате давосской встречи Пашинян-Алиев «огонь» дров подбросил российский политолог Станислав Тарасов, который заявил, что в июне в вопросе Арцаха состоится подписание соглашения, и армянская сторона уступит несколько районов. На основе какой информации Тарасов делает такое заявление, он не пояснил, но, фактически, в Армении с новой силой разгорелась тревога или, так сказать, обеспокоенность карабахской темой. В действительности, однако, здесь ситуация довольно тонкая и серьезная, а реальность содержит большие опасности не в плане какого-либо развития в арцахском вопросе, а в плане парализации проблемы информационной безопасности в Армении в этом вопросе вообще. О чем идет речь? О том, что проблема для Армении была, есть и будет крайне чувствительной еще долгие годы, и это, пожалуй, бесспорно.
Следовательно, это потребует оздоровления общественного организма, как одного из ключевых обстоятельств для сопротивляемости Армении в подобных условиях. А это в свою очередь предполагает наличие культуры здравых рассуждений, дебатов, вопросов, наблюдений, и в этой цепи также выражения вероятных тревог и опасений, формирование культуры оценивания рисков, что с одной стороны позволит нам всегда держать туку на пульсе, а с другой – не вызывать этим излишнего беспокойства и паники, что имеет деструктивный, разрушительный характер и качество. И вот, когда в такой ситуации звучат подобного рода «скорбные вести» о том, что скоро будут сданы, «проданы» районы, «все вопросы будут решены», вместо того, чтобы всех остальных называть наивными или романтиками, они именно подрывают информационное здоровье общества, или не позволяют его возникновения вообще. Потому что подобного рода «скорбные вести» обесценивают реальные и серьезные, глубинные дебаты – наряду с тревогами и необходимой культурой озвучивания рисков. А подорванное информационное здоровье в 21-ом веке по своей силе, внешне, пожалуй, и не сравнимо с, например, каким-либо военным ударом, однако в плане последствий может быть не только сравнимым, но даже и превосходящим – глубиной и многослойностью последствий.
«Скорбные вести» своей силой, естественно, превышают проявление каких-либо предметных, глубинных, серьезных обсуждений или тревог, своим «эпатажем» поглощают общественное внимание, и в то же время ассоциируют с собой проявления необходимых обсуждений и дебатов, приравнивают к своему уровню. Именно в этом и заключается признак их информационной провокационности, когда кто-то, задающий реальные и серьезные вопросы уже воспринимается в контексте «дурного вестника», следовательно, поставленные им вопросы и задачи рассматриваются как «скорбная весть», следовательно, оцениваются уже с точки зрения «эпатажа» — будет или не будет.
Тогда как в проблеме Арцаха общество Армении стоит перед необходимостью глубинных переоценок, и не по той причине, что в переговорном процессе есть что-то подозрительное, а потому что есть расставленная ловушка, причем, появившаяся не после бархатной революции, а до нее – в течение четверти века. Выход из этой содержательной, тактической и стратегической ловушки – и есть задача Армении, но и «скорбные вести» решают свою задачу – удерживать Армению в этой ловушке. Иначе выход Армении из нее кардинально изменит реалии и ситуацию в регионе.
