Мы не можем обсуждать вариант территории взамен мира, мы даже не можем обсуждать, вчера заявил премьер-министр Армении Никол Пашинян во время беседы с журналистами после инаугурации правительства. В последние дни, а точнее, после встречи Пашинян-Алиев в Давосе, армянская сторона заметно ужесточила свою риторику. По крайней мере, министр иностранных дел заявляет о повестке дня Вены и Санкт-Петербурга, премьер четко заявляет даже о том, что территории взамен мира даже обсуждаться не будут. Конечно, это не так, что об этом не говорилось раньше, или говорилось о другом. Дело в том, что в последние дни говорилось очень интенсивно, с большой, так сказать, плотностью, включая заявления по случаю Дня армии и совещание в министерстве обороны.
Что произошло в Давосе, что армянская сторона активизировала и ужесточила свою риторику? Если добавить к этому еще и то, что в эти дни Соединенные Штаты и Россия намекнули Азербайджану об исключении военного решения проблемы, трудно считать, что в Давосе было давление на армянскую сторону и это спровоцировало ужесточение. Было ли обратное давление, и это, конечно же, трудно сказать, потому что в этом случае возникает вопрос, в каком направлении пытались оказать давление на Азербайджан? Эти вопросы, конечно, могут стать предметом комментариев, мы их сделали, и в будущем, безусловно, появятся новые штрихи, но здесь стоит рассмотреть поведение армянской стороны, премьер-министра Пашиняна, в сфере внутренних процессов. Заметное, одновременно сдержанное ужесточение армянской риторики свидетельствует о силе позиций на фронте, несмотря на имеющиеся во внутреннем поле предсказания или тревоги, которые озвучиваются в отношении некоторых соглашений.
Заместитель министра иностранных дел России Карасин вчера в Ереване довольно очевидно дал понять, что нереально ждать чего-либо в 2019 году, одновременно, конечно, говоря о консенсусе международного сообщества по недопущению военного пути урегулирования. Но здесь существенен один вопрос. Консенсус по большому счету может существовать на серьезном региональном и военно-политическом балансе. Когда он нарушен, несомненно, это поставит под угрозу этот консенсус. Как известно, Азербайджан делает ставку на нарушение баланса благодаря своим экономическим возможностям, на повторное изменение баланса, восстановленного усилиями армянской армии во время Апрельской четырехдневки 2016 года, и не исключено, что, так сказать, процесс встреч в первую очередь направлен на выигрыш времени. И здесь возникает вопрос сохранения баланса.
Международное сообщество, сопредседатели Минской группы, имея консенсус, о чем говорит Карасин – не позволить военное решение или, другими словами, войну, готовы ли помочь Армении сохранить военно-политический баланс и, таким образом, в вопросе сохранения их консенсуса? А помощь может быть в двух направлениях – вооружение и экономические возможности. Дело в том, что Армения со своим нынешним внутриэкономическим статус-кво не способна долго сохранять баланс, если, конечно, не изменятся ощутимо экономические показатели и динамика, или просто не произойдет экономическая революция, о которой заявил премьер-министр Никол Пашинян. С другой стороны, Армения, конечно, в проходящие три десятилетия дошла до такого состояния, когда вряд ли возможно за короткое время осуществить две революции: бархатную политическую и динамичную экономическую. Следовательно, в вопросе второй есть необходимость в помощи, без которой может возникнуть потребность уже в регионального военно-политического баланса. Когда особенно, через сколько лет возникнет это опасное нарушение баланса, трудно предсказать, но во избежание непредсказуемых последствий у экономической революции Армении нет альтернативы. Таким образом, эта революция – это не только вопрос Армении или Арцаха, это вопрос региональной безопасности.
