Несмотря на разногласия по сирийскому кризису, два бывших противника поддерживают доверительные отношения на фоне общей озлобленности на Запад. Они говорят о «многостороннем подходе» и борьбе с «гегемонией доллара», противопоставляют духовное пробуждение их народов упадку западной цивилизации. Как злоба на Запад скрепляет дуэт Турция — Россия рассказывает обозреватель «Монд» Мари Жего.
Вернувшись ни с чем с саммита стран-гарантов мирного процесса в Сирии (Россия, Иран, Турция), который состоялся в Сочи 14 февраля, турецкий лидер Реджеп Тайип Эрдоган был вынужден закусить удила. Ему не удалось убедить новых союзников, президентов России и Ирана Владимира Путина и Хасана Роухани, в обоснованности своего предложения по формированию «зоны безопасности» на севере Сирии, который был очищен от «террористов» из курдских Отрядов народной самообороны и находится под контролем турецкой армии.
Эрдоган оказался в трудной дипломатической позиции: одной ногой он в НАТО, а другой — уже нет. Причем результатов все это пока не дает. Его проекты военного вмешательства в Сирии наталкиваются на стену, как в Москве, так и Вашингтоне. «Зона безопасности» в 32 километра, которую пообещал ему в середине декабря президент США Дональд Трамп, все никак не может материализоваться. Теряющий терпение Эрдоган пригрозил отправить войска без согласия союзников. «Если США не способствуют формированию зоны безопасности под турецким контролем, мы сделаем это сами», — заявил он 5 февраля.
В Москве, Тегеране и Вашингтоне не хотят, чтобы Анкара воцарилась на севере Сирии. Турецкая армия уже находится в Африне, курдском регионе на северо-западе страны, который был отбит у ОНС в марте прошлого года. В 2016 году она уже провела операции дальше к востоку, между городами Азаз и Джераблус, по периметру турецкой границы. Сейчас подобные вмешательства уже невозможны, поскольку Россия выступает против.
В Сочи Путин и Роухани напомнили Эрдогану, что территория на северо-востоке Сирии, которую оставят американские войска, должна быть передана Дамаску. Вся троица рада уходу американцев, но у нее нет единого мнения насчет будущих очертаний «нормализованной» Сирии. Москва и Тегеран хотят, чтобы их протеже Башар Асад сохранил контроль на всей территории страны, тогда как поддерживающая оппозицию Анкара требует его ухода. Вернее, требовала.
Путин знает, как нужно обходиться с «другом» Эрдоганом и подталкивает его к сближению с Башаром Асадом, хотя они с тем на ножах все восемь лет войны в Сирии. Для этого Кремль опирается на старый договор о безопасности, который был подписан Анкарой и Дамаском 20 лет назад: о его существовании турецкому лидеру напомнили в Сочи. Он выгоден для Турции, поскольку признает за ней право проводить вмешательство в Сирии (на расстоянии пяти километров от границы) против Рабочей партии Курдистана и ее союзников. Соглашение будет подтверждено в случае признания Анкарой легитимности нынешней сирийской власти, однако турецкого лидера такая перспектива не радует.
На равных с Путиным
Желанное Москвой рукопожатие Эрдогана и Асада вряд ли состоится в ближайшее время, хотя турецкая пресса уже начинает подготавливать общественное мнение. «Анкаре будет не так уж сложно сделать выбор между Москвой, которая поддерживает Башара Асада, и США, которые сотрудничают с ОНС: скорее, Кремль, чем Белый дом», — пишет Мухиттин Атаман в газете «Сабах» 13 февраля.
Эрдоган очень внимательно относится ко всем предложениям Путина. Он проявляет полное доверие, прежде всего потому, что чувствует, что с ним общаются как с равным. «Отношения с традиционными союзниками становятся слабее, а с Россией крепчают», — подтверждает эксперт Селим Кору в исследовании филадельфийского Института исследований внешней политики. В 2018 году президенты провели семь личных встреч и 18 раз говорили по телефону. Газовые соглашения, продажа оружия, торговля, туризм — все это способствует отношениям. В июле 2019 года Анкара ожидает поставки российских ракетных комплексов С-400, хотя рискует тем самым навлечь на себя громы и молнии союзников по НАТО.
Есть у двух бывших «исторических противников» и другой общий горизонт. Они говорят о «многостороннем подходе» и борьбе с «гегемонией доллара», противопоставляют духовное пробуждение их народов упадку западной цивилизации. Злоба на Запад скрепляет дуэт. «Турция и Россия хотят стать противовесом для влияния западных государств, прежде всего, на Ближнем Востоке. Они считают друг друга хорошим союзником. Россия рассчитывает вернуть статус великой державы и расширить влияние, настроив западных союзников друг против друга. Для Турции же Россия играет важную роль в перебалансировке отношений с Западом», — говорит политолог Эврен Балта из стамбульского Университета Озйегин.
Эта внешняя политика находит отклик в общественном мнении, как следует из последнего исследования социально-политических тенденций в стране. Так, «другом и союзником» Россию считают 37,4% респондентов. При этом о Германии то же самое говорят лишь 23,7%, хотя на ее территории находится крупнейшая в истории турецкая диаспора, и она все еще остается главным торговым партнером Анкары.
Как бы то ни было, респонденты безразличны к динамике торговли и предпочитают рассматривать ситуацию через призму идентичности. Так, 60% называют Турцию «страной ислама», 19,6% говорят о необходимости сотрудничать в первую очередь с «мусульманскими странами, 18% выбирают Россию, а 17,5 думают, что Анкаре следует действовать в одиночку. О следовании за западной дипломатией не может быть и речи. Возникает здесь и такой парадокс: 81,9% воспринимают США как «угрозу», однако принадлежность к НАТО положительно оценивают 70% граждан.
