Представитель Верховного органа АРФД Ишхан Сагателян, реагируя на опубликованные в прессе сведения о том, что в декабре Дашнакцутюн намеревается начать процесс импичмента в отношении премьер-министра Никола Пашиняна, и в этой связи ведет переговоры с парламентскими силами – «Светлой Арменией» и ППА, сказал, что в их повестке вопроса власти нет и никаких переговоров с ППА и «Светлой Арменией» они не ведут. Безусловно, было бы странным, если бы АРФД в мае призналась или анонсировала о запланированном на декабрь процессе, однако подобного рода намерение само по себе может быть странным, причем, в случае не только АРФД, но также и любой другой политической силы.
И здесь причина в действительности скрыта намного глубже, нежели соотношение власть-оппозиция, нежели революционные реалии, нежели рейтинг власти и прочее. Вообще, для суждений и наблюдений об этом прежде всего необходимо ответить на один более примитивный вопрос. Считается ли в Армении возможной новая революция или хотя бы контрреволюция или возвращение к старому? И только после того, как мы ответим на этот вопрос, сможем сказать, рационально ли с точки зрения какой-либо силы начать какой-либо процесс импичмента в отношении новой власти, к тому же в расчете на ближайшие месяцы или даже 1-2 года?
Рассматривая варианты или предпосылки для новой революции или старой контрреволюции, мы можем констатировать, что их не существует. Не существует не по той причине, что есть идеальная власть, но также и по причине того, что есть власть, наделенная большим запасом легитимности. И существует полностью не удалившаяся с арены прежняя власть, которая сама по себе является тормозом для какой-либо новой революции или контрреволюции. Более того, эта старая власть или система существует не только в условиях так сказать формальной отверженности, но и формальной избранности, когда есть сила, которая явно является носителем прежней системы, хотя бы и признавшая существование и легитимность новой власти.
И вот в таких условиях в Армении абсолютно иррационально обсуждать какое-либо подобное развитие, даже рассматривая неизбежность определенного падения рейтинга власти. Даже нет необходимости обращаться не только к вероятности новой революции или контрреволюции, но и отсутствию предпосылок, вплоть в плане внешних факторов. И вот в такой ситуации разговоры о внеочередных или так сказать «массовых» иных развитиях и генерация подобного рода общественных «ожиданий», хотя бы и в условиях, когда будет удостоена негативных оценок общества, имеет или может иметь только одну рациональную цель – не позволить в Армении формирования политического процесса нового качества, не позволить содержательного пополнения повестки, модернизации политической структуры и интелектуально-идеологического содержания политики, постоянно поддерживая атмосферу в режима какого-то ожидания и этим самым предупреждая формирования долгосрочных конкурентных политических стратегий.
Возникает вопрос – кому это все нужно? Тем силам, которые претендуют на то, чтобы в Армении стать участником и актором конкурентной политической системы это точно не нужно. С другой стороны, однако, в этом контексте возникает вопрос – есть ли такие силы, и не они ли видят необходимость в консолидации и единого противодействия как минимум в этом вопросе, в вопросе того, чтобы вывести политический процесс из-под влияния иррациональных ожиданий и таким образом повысить конкурентные планки в свою пользу?
