Председатель партии «Процветающая Армения» Гагик Царукян сегодня в беседе с журналистами, касаясь вопроса мандата, заявил, что в его отношении нет политического преследования, но есть завидующие ему люди. Однако председатель ППА не сказал, кто эти завидующие. А это интересно тем, что о зависти к нему Царукян говорит уже на протяжении многих лет, то есть еще с периода прежней власти, не говоря, однако, конкретно о том, кто именно завидует.
Конечно, богатому человеку, да и то, наверное, одному из богатейших людей Армении будут всегда завидовать, однако проблема здесь в том, что председатель партии и депутат Гагик Царукян, говоря о зависти в контексте проблем, связанных со своим политическим функционированием, превращает зависть в политическую категорию.
Если он считает задаваемые ему вопросы завистью, то это означает, что завистники — круги или люди, имеющие влияние на политические круги.
Следовательно, Царукян или по другим категориям должен отреагировать на вопросы о совмещении своей предпринимательской и политической деятельности, либо четко и поименно представить, какие круги завидуют ему, и с этой завистью политически делают его «мишенью», как во время предыдущей правящей системы, так и сейчас. И поскольку это могли делать и тогда, то можно сделать вывод, что «завидующие» Царукяну, как он сам отмечает, являются из прежней системы, поскольку только в этом случае они могли трансформировать свою «зависть» в политические или экономические вопросы и даже определенные шаги в отношении председателя ППА.
Кто из прежней правящей системы завидует председателю ППА до сих пор и то может «капитализировать» зависть в виде адресованных ему общественных вопросов, вплоть до письма спикера НС, до дела в ССС и до вопроса повестки правящего большинства? В противном случае, заявления о зависти — это не что иное, как попытка исказить характер и логику общественной подотчетности политики или просто свидетельство того, что в политической жизни ключевую позицию занимает человек, представления которого абсолютно аполитичны.
С другой стороны, то, что Гагик Царукян является аполитичным человеком, пожалуй, не нуждается в лишних доказательствах или свидетельствах, как и нет необходимости констатировать, что привело крупного собственника Царукяна в политику — бывшая правящая система и ее логика. И с большой долей вероятности именно эта система не позволяет Царукяну выйти из политики, о чем намекает и председатель ППА, говоря о «завидующих» так, как говорил во время прежней системы.
Иными словами, те, кто привел его в политику, держат до сих пор, не позволяя аполитичному человеку вернуться в удобную для него среду бизнеса, получив гарантии неприкосновенности своей собственности и тем самым способствуя стерилизации политической среды в Армении. Но, в таком случае, обнародовав и поставив вопрос в повестку в контексте системной проблемы разделения бизнеса и политики, различные общественные субъекты фактически помогают Гагику Царукяну избавиться как от «зависти», так и от принуждения к политике. Здесь уже возникает вопрос, примет ли Царукян эту помощь или предпочтет, чтобы ему «позавидовали».
