Демонстрация силы или обычные манёвры? Как назвать решение России и Ирана провести совместные военно-морские учения в этом году — совершенно не важно. Гораздо важнее то, что они бравируют своей политической и военной мощью в южных водах Ирана в ответ на давление со стороны США и их союзников.
Как считают союзники, старое видение международного сообщества осталось в прошлом, и они не собираются ждать реакции Соединенных Штатов и соглашаться с их действиями в отношении стран, политика которых противоречит американским интересам.
О военных учениях стало известно несколько дней назад. По словам командующего ВМС Ирана адмирала Хосейна Ханзади, Иран и Россия намерены провести совместные военно-морские учения в южных водах в этом году. При этом он не сообщил точную дату начала маневров, возможно, для усиления психологического давления на противников. Также он сообщил о возобновлении российско-иранского сотрудничества по оперативным, образовательным и техническим вопросам.
По словам некоторых экспертов, совместные российско-иранские учения должны были пройти неподалёку от Персидского залива, и решение было принято после переговоров министров обороны на 8-й Московской конференции по международной безопасности. Однако позже место проведения учений было изменено, и стороны выбрали очень чувствительный регион. Это совпало с началом нового витка американо-иранского противостояния, что побудило Тегеран использовать поддержку крупнейшего союзника. Тем самым он предупреждает, что закрытие Ормузского пролива станет ответной реакцией на продолжение политики «нулевого импорта», которую Америка объявила в отношении иранской нефти.
Со своей стороны Россия намерена достойно ответить на беспрецедентное заявление посла США в России Джона Хантсмана, который впервые со времен холодной войны пригрозил использовать военно-морские силы США для оказания давления на Москву и ее союзников. Это произошло во время его визита на авианосец «Авраам Линкольн», базирующийся в Средиземном море. По словам посла, это необходимо сделать с целью защиты интересов своих партнеров и союзников, а также интересов национальной безопасности Соединенных Штатов.
Кроме того, российско-иранские учения подтверждают обязательства Москвы поддержать Тегеран в условиях американского давления. Она — единственный участник ядерного соглашения с Ираном, который противостоит санкциям, решительно критикует действия Вашингтона и призывает Иран продолжать делать то же самое. Если следовать российской логике, ответом на провокацию должна стать двойная провокация. В связи с этим был найден предлог — демонстрация военной мощи в водах Персидского залива. Юридическим аргументом является ответственность иранского флота за данный регион, а также Ормузский пролив.
Москва с помощью учений пытается показать свою значимость для Соединенных Штатов. Вдобавок ко всему, российско-иранские конфликты стали иметь тактический характер. У каждой стороны есть инструменты для взаимного сдерживания: информационные, политические, дипломатические и военные. Тем не менее, факты свидетельствуют о сдержанности двух сторон в плане выстраивания двусторонних отношений.
Что может использовать Россия в целях сдерживания в регионе?
Российский флот — сильнейший в Каспийском море. Министерство обороны постоянно его укрепляет, хотя прямых военных угроз для России здесь нет. Тем самым она стремится обеспечить себе положение ведущей военной силы в этом регионе.
Москва использует свой флот в Каспийском и Черном морях, чтобы гарантировать превосходство в любых боевых действиях, которые могут вспыхнуть в Средиземном море. Боевая группа включает около 30 кораблей и лодок. Ракетная система превосходит имеющиеся в регионе западные модели и способна уничтожать критические цели противника, а с помощью ракет «Калибр», она может также поражать морские и прибрежные цели. Все это обеспечивает абсолютное превосходство российских сил.
Для мониторинга и определения целей используются российские космические силы. Высокая точность достигается благодаря спутниковой системе ГЛОНАСС, что демонстрирует миру способность России использовать неядерное оружие в целях сдерживания. В планах министерства обороны России по обновлению военно-морской базы в Дагестане всегда подчеркивается растущее значение Каспийского флота. Это касается всех уровней, включая инфраструктуру для транспортных средств, ремонта судов и учебного комплекса.
Каспийский морской флот защищают подразделения противовоздушной обороны, а также оперативная группа боевых самолетов, развернутая в аэродроме Уташа. Последняя участвует в военно-морских учениях и охраняет государственные границы. Ее миссия — обеспечить штабу своевременное принятие решений в чрезвычайных ситуациях.
Похоже, Иран заинтересован в этих учениях для испытания своих военных кораблей в рамках подготовки к любой неожиданной операции на Каспии, включая электронные пуски крылатых ракет и стрельбу из новых универсальных установок А-190, способных уничтожать надводные объекты и подводные лодки. Кроме того, Тегеран планирует испытать малые ракетные корабли, электронный запуск ракет «Круз», мины, бомбы и отработать противодействие вражеским проникновениям.
Зачем все это?
Иран пытается сообщить Америке, что ее усиливающееся давление путем включения одной из самых важных военно-политических структур в республике — Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) — в список террористических организаций может превратить дипломатический конфликт между США и Ираном в настоящее силовое противостояние.
В ответ на провокацию США Исламская Республика начала включать вооруженные силы США, действующие на Ближнем Востоке, в свой список террористических организаций. Руководители КСИР хотят напомнить Вашингтону, что могут угрожать американским вооруженным силам в любой точке Западной Азии, и, судя по заявлению Майка Помпео, это удалось сделать. Последний предостерег от каких-либо атак на американские войска и подчеркнул, что они не останутся без последствий.
Для Ирана не имеет большого значения новая ситуация вокруг КСИР, руководители которого уже частично находятся в санкционных списках США, и поэтому маловероятно, что американские санкции нанесут серьезный ущерб структуре или самому Ирану. Последний уже находится под тяжестью беспрецедентных санкций и не имеет альтернатив, кроме как соединить Тегеран с сирийским Дамаском и иракским Багдадом, создав сеть автомобильных и железных дорог между тремя странами. Это придаст новую легитимность так называемому шиитскому поясу.
Около месяца назад президент Роухани указал на единство позиций между Ираном и Ираком по ключевым региональным вопросам, будь то протест против нового статуса Иерусалима или присоединения сирийских Голанских высот к территории Израиля. Как заявил иракский премьер-министр, согласно конституции, никакие иностранные войска или боевики не могут использовать иракскую территорию для нападения на Иран. В целях укрепления партнёрства Иран и Ирак согласились сотрудничать в области противовоздушной обороны и противостоять любым вызовам и угрозам, если Америка решит поиграть с огнем.
