Ровно год дал себе Иран, чтобы отреагировать на объявленный Дональдом Трампом выход США из ядерного соглашения с Ираном Хотя американский президент заявил о выходе США из сделки еще 8 мая 2018 года, Иран продолжал выполнять условия соглашения, что подтвердило и Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) в 14 отчетах, сделанных после заключения соглашения.
Теперь этому пришел конец. Правда, Иран не выходит из договора, но намерен в течение следующих 60 дней больше не выполнять два пункта из соглашения с Германией и с обладающими правом вето в ООН державами, то есть Китаем, Россией, Великобританией и Францией. Об этом президент Хасан Рухани (Hassan Rohani) заявил в среду в послании к участникам соглашения, а также в обращении по телевидению.
Конкретно речь идет об обязательстве обладать не более чем 300 килограммами урана, обогащенного на 3,67 %. Излишек, получаемый при обогащении урана на ядерной установке в Нетензе, до сих пор продавался третьим странам. Теперь Иран намерен прекратить продажу на два месяца. Кроме того, страна, по словам Рухани, больше не будет следовать запрету оставлять более чем 130 тонн тяжелой воды, используемой в атомных реакторах.
Рухани намерен действовать в правовых рамках СВПД
Заявленные меры — относительно мягкие нарушения СВПД. Рухани мог бы выгнать инспекторов МАГАТЭ из страны или объявить о строительстве новых центрифуг для обогащения урана. Таким образом он подал бы сигнал, что его страна стремится к скорейшему возвращению атомной программы к объему, который она имела до вступления в силу сделки в 2015 году.
Но в то же время есть основания предполагать, что Иран и по истечению 60-дневного срока будет соблюдать установленные СВПД предельные нормы. По сведениям МАГАТЭ, на 19 февраля Тегеран обладал всего лишь 163,8 килограммов урана, обогащенного на 3,67 %, и 124,8 тонны тяжелой воды.
Рухани подчеркивает, что он действует в соответствие с СВПД, и ссылается при этом на пункты 26 и 36 документа. В пункте 26 говорится, что в случае повторного введения санкций Иран прекратит выполнять свои обязательства по СВПД полностью или частично. Пункт 36 предусматривает, что в этом случае Совместная комиссия СВПД — орган, в котором представлены министры иностранных дел стран-участниц — должна обсудить конфликтную ситуацию и найти её решение.
Европейцы сопротивляются только на словах?
Президент исключает Россию и Китай из своих претензий. Министр иностранных дел Зариф (Zarif) во время заявления главы ИРИ демонстративно искал поддержки Кремля. В среду он приехал в Москву, где подчеркнул: «Иран по-разному относится в пяти государствам-участникам соглашения». Тегеран рассчитывает на то, что Россия и Китай будут противодействовать дальнейшим санкциям против Ирана в Совете безопасности ООН, используя свое право вето.
В свою очередь Рухани напоминает европейцам об их обязанностях. По его словам, Германия, Франция и Великобритания хотя и многократно заявляли, что они, несмотря на выход США из СВПД, остаются верны ядерному соглашению, но все это были лишь слова. Главная проблема состоит в следующем: после выхода из сделки Трамп заявил о введении, как он выразился, «самых жестких санкций за все время». Они направлены в первую очередь против иранской нефтяной промышленности и некоторых других секторов экономики и могут быть применены к каждому, кто ведет торговлю с Ираном. В принципе европейским компаниям разрешено и дальше экспортировать в Иран все товары, не подпадающие под санкции. Однако почти все банки Европы отказываются проводить платежи по подобным сделкам — из страха, что США могут их за это наказать. Дипломаты ЕС называют это «перевыполнением санкций».
60 дней вряд ли хватит
Правда, правительства в Берлине, Париже и Лондоне создали в феврале механизм внешнеторговых расчетов «Инстекс» (Instex), который призван защитить европейские компании, имеющие деловые отношения с Ираном, от санкций США. Instex должен стать своеобразной обменной биржей, где будет производится взаимозачет платежных обязательств иранских и европейских компаний. Например, деньги, которые Иран должен получить за поставки нефти в Европу, могут быть напрямую направлены европейским компаниям, продающим свои изделия в Иран. Но спустя четыре месяца после основания Instex все еще не наладил оперативной деятельности.
И вот теперь Рухани ставит европейцам ультиматум: «Если наши главные интересы, прежде всего в отношении продажи нефти и снятия санкций, будут защищены в течение 60 дней, то мы вернемся к исходной позиции [и возобновим наши обязательства]», — заявил иранский глава государства. Однако отпущенного срока европейцам едва ли хватит, чтобы выполнить требования Тегерана.
Он сетует на то, что пока лишь европейцы получают выгоды от соглашения: «Мы не допустим, чтобы США превратили соглашение в сделку, выгоду от которой получает лишь она сторона. СВПД будет или взаимовыгодной сделкой, или сделкой, не выгодной никому».
Иран принял миллионы афганских беженцев
Почти открыто иранский президент пригрозил европейцам: «Мы прилагаем огромные усилия для того, чтобы остановить контрабанду наркотиков и потоки беженцев в Европу. Это нам обходится в миллиарды долларов, и мы не сможем себе этого позволить в дальнейшем в условиях, созданных США», — сказал Рухани в своей речи.
Действительно, Иран — важнейшая страна для транзита героина и других наркотиков из Афганистана в Европу. Но самое главное — Иран принял у себя почти три миллиона афганских беженцев. В связи с труднейшим экономическим положением Ирана, вызванным в основном санкциями США, в стране растет давление на правительство, от которого требуют решения проблемы беженцев.
Из-за плохой экономической ситуации, но также и из-за все более враждебного отношения общества к беженцам десятки тысяч афганцев вернулись в последние месяцы из Ирана на родину. Но многие другие могут попытаться перебраться в Европу — с разрешения, а то и с активной помощью иранского режима.
Для французского президента Эммануэля Макрона и канцлера Ангелы Меркель это стало бы кошмаром.
