Собеседник «Первого Информационного» — бывший специальный советник Госдепартамента США, эксперт по вопросам народов СССР, профессор Вашингтонского Института мировой политики Пол Гобл.
– Господин Гобл, как бы вы охарактеризовали переговорный процесс между Арменией и Азербайджаном по урегулированию нагорно-карабахского конфликта после последних встреч руководителей и министров иностранных дел Армении и Азербайджана? Можем ли мы сказать, что в логике переговорного процесса произошли некоторые изменения, и есть определенные перспективы хотя бы для сохранения минимального диалога между сторонами?
— По двум основным содержательным вопросам урегулирования проблемы, в случае Еревана, — праву народов на самоопределение, в случае Баку — в плане совместимости неприкосновенности границ и суверенитета государства, не было никакого прогресса, чтобы выйти из нынешнего круговорота. Более того, вряд ли в ближайшем будущем такое произойдет. Тем не менее, это не означает, что не могут быть решены некоторые второстепенные вопросы, такие, например, как гуманитарные вопросы. Но ошибочно считать, что некоторый прогресс в подобных вопросах может привести к достижению прогресса в других, более важных и сложных вопросах.
Дипломаты, чтобы сделать свое дело, вынуждены быть оптимистами, аналитики — нет.
– Министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедъяров после встречи в Москве заявил, что сегодня на столе переговоров лежат предложения России, сделанные в 2016 году. Лавров не подтвердил и не опроверг это заявление. Означает ли это, что русские по-прежнему пытаются продвигать свою программу урегулирования проблемы, известный как «план Лаврова»?
– Россия захочет извлечь выгоду из любого прогресса в урегулировании конфликта, поэтому Москва будет говорить о своем плане. Но фактически ни у Москвы, ни у другого посредника нет такого предложения, которое удовлетворит обе стороны, и обе стороны примут его. Думаю, «план Лаврова» — это просто термин, который означает то, что Москва предлагает некоторое время. Это не всеобъемлющая программа и сама по себе не может служить основой для решения проблемы.
– Согласны ли вы с убеждением Пашиняна, что невозможно урегулировать конфликт без одной из его основных сторон, без Нагорного Карабаха? И второе: возможно ли достичь компромисса по вопросу участия арцахской стороны в переговорах с Баку?
– Принятие Нагорного Карабаха в качестве стороны переговоров означает для Баку предрешать, предопределять урегулирование конфликта, исход переговорного процесса по тому пути, который неприемлем для Баку. Пашинян, возможно, прав, что не может быть прогресса, пока Нагорный Карабах не вовлечен в переговоры, но это верно только в том случае, если проблема будет решена по желанию Армении и армян. Скорее всего, будут «двухэтажные» переговоры, один публичный — только с участием Баку и Еревана, второй — непубличный, в ходе которых каждая из сторон сможет провести консультации со Степанакертом. Но даже этот сценарий сегодня не имеет больших перспектив.
– В ходе своего выступления в ПАСЕ премьер-министр Армении Никол Пашинян подчеркнул, что армянская сторона предлагает сесть за стол всем сторонам конфликта, обсудить все нюансы и согласиться, что мы говорим не о неурегулированности вопроса, а об урегулировании, согласиться, что наша повестка — это не повестка уничтожения друг друга, а повестка урегулирования вопросов. Он сказал: «Хотелось бы иметь возможность обратиться к народу Азербайджана и говорить с народом Азербайджана. Я хочу, чтобы этот разговор между народами, правительствами, обществом, молодежью начался и состоялся, потому что наша повестка дня — повестка дня мира». Почему Азербайджан не реагирует на подобные сигналы из Еревана?
– Пашинян хочет стимулировать активизацию народной дипломатии, диалога между народами, пытаясь сломать лед, преграду, но Баку не заинтересован в этом, особенно, если учесть то обстоятельство, что режим Алиева хочет остаться единственным принимающим решение в Азербайджане. В предложении Пашиняна есть даже опасность: если некоторые из азербайджанцев положительно откликнутся на призывы к началу подобного диалога, власти Азербайджана могут нацелиться на них.
– Плохая новость в том, что военная ситуация с начала этого месяца несколько обострилась на линии соприкосновения войск. Вследствие периодических нарушений режима прекращения огня был ранен даже один армянский военнослужащий. Это означает, что мы вновь возвращаемся к ситуации периодической напряженности и столкновений на границе? Мы должны ждать дальнейшего обострения конфликта?
– Думаю, последнее насилие является частью неблагоприятной нормы, но не признаком какого-либо движения к более широкому обострению или войне.
– Вообще, какова цель, намерение Азербайджана в этой ситуации? Азербайджанская сторона, на ваш взгляд, продолжит контакты с армянской стороной, несмотря на то, что в переговорном процессе с их точки зрения нет прогресса и вряд ли будет в ближайшее время, или вернется к своей стратегии «военной дипломатии»?
– И Баку, и Ереван продолжат вести диалог. Их соответствующие союзники, великие державы, настаивают на продолжении диалога. Но диалог не означает реальных переговоров или шагов к какому-либо решению.
