Вчерашнее судебное заседание Роберта Кочаряна и других прошло в драматических условиях. Речь, в данном случае, не идет о двух противоположных акциях у здания суда, которые, к сожалению, становятся неотъемлемой частью нашей политической культуры.
Роберт Кочарян, по сравнению с предыдущими днями, говорил дольше, дополнительно раскрывая свою систему ценностей, ментальное мышление. Второй президент 10 лет удерживал власть, не останавливаясь ни перед какими табу, лишая свободы десятков людей, отдавая приказ некоторых расстрелять. Этот человек не изменился даже в неволе, когда казалось, что мог пройти через своеобразное чистилище, свести воедино свое прошлое и, хотя бы попытаться предстать в образе, который был бы менее отрицательным или ненавистным для нашего общества.
Но все это не для Кочаряна, он даже в статусе подсудимого нападает, пересекает все границы нравственности, даже из тюрьмы может отравить не только армяно-российские отношения, но и вбить необратимый клин между Арменией и Арцахом.
«…Я связался с Гориком Акопяном и спросил, какая ситуация, поскольку встречаюсь с журналистами и должен был уточнить ситуацию. Он сказал мне, что, да, применяют оружие, есть боевые гранаты, и этот эпизод он мне рассказал, что из-за машин выходят, стреляют, снова заходят за машины. Эти эпизоды он показал мне, их сегодня нигде нет. Когда начали критиковать, что ничего подобного нет, он привел и показал в моем кабинете. Также показал ряд других эпизодов, которых сегодня нигде нет. Не знаю, где они. Достаточно интересные материалы о том, как при взрыве гранаты погибает капитан полиции, но этих материалов нет сегодня», — сказал на суде Роберт Кочарян, адресовав ответственность человеку, которого больше нет в живых, он не может опровергнуть или подтвердить утверждения второго президента. Вот в этом истинная сущность Кочаряна, его «мужественность».
Однако этот процессуальный эпизод является даже «безобидным» в контексте той реальности, которая произошла несколько часов назад, когда в суд прибыли действующий и бывший президенты НКР Бако Саакян и Аркадий Гукасян. Они были поручителями в суде для свободы второго президента Роберта Кочаряна. Суд сообщил, что поручители выплатили по 500.000 драмов на депозитный счет суда общей юрисдикции Еревана: квитанции об оплате были представлены суду.
До последнего момента я тайно надеялся, что президенты Арцаха не дойдут до суда Армении, тем более, что на своей последней пресс-конференции Никол Пашинян, по сути, негативно отреагировал на ходатайство Саакяна и Гукасяна, а также в обществе возникли негативные ассоциации по отношению к этой инициативе из Степанакерта.
Некоторые могут даже сказать, что в Арцахе зафиксировано новое проявление государственного мышления, или политическая культура достигла того уровня, что представляющие государственную власть нынешние и бывшие деятели проявляют солидарность с одним из стоящих у истоков республики — первым президентом страны. Однако рационально ли это единство и имеет ли оно отношение к повестке общества Арцаха, его безопасности?
У нас есть все основания не верить этой версии, поскольку это солидарность или единство, родившееся в недрах бывшей криминально-олигархической системы Армении, это единство, мотивом которого являются созданные совместным преступлением узы, это единство одного клана против Новой Армении и Арцаха.
Бако Саакян и Аркадий Гукасян пересекли «красную линию», после чего любое решение суда не может быть во благо Армении или Арцаха. Более того, очевидно, что ходатайство президентов Арцаха — всего лишь эпизод противостояния элит Еревана и Степанакерта, который, однако, углубит эскалацию с опасными и непредсказуемыми последствиями. В отношениях между Арменией и Арцахом впервые сложилась такая пропасть противостояния, которой могут воспользоваться внешние силы, и этой конфронтации можно было бы избежать, если бы Саакян и Гукасян сегодня окончательно не перешли бы «красную линию».
Нынешние и бывшие президенты Арцаха действовали не самостоятельно. Не знаю, кто их направляет — только Роберт Кочарян, или еще и Серж Саргсян?
Но внутренне я уверен, что даже ресурсов этих двух не могло быть достаточно: в конце концов, второй и третий президенты Армении в прошлом году не смогли остановить волну бархатной революции, владея несравнимо большими ресурсами. Значит, можно представить что-то более ужасное, что разговоры о «русификации» Арцаха не столь безосновательны, и, может быть, сейчас мы видим первые проявления этого.
Если суд удовлетворит ходатайство Бако Саакяна и Аркадия Гукасяна, это будет пощечиной обществу Армении, в глазах которого Арцах может отождествиться с очагом контрреволюции со всеми вытекающими отсюда опасными последствиями. Если суд отклонит ходатайство президентов, то для внешнего мира формализируется противопоставление Армении и Арцаха с вытекающими из этого рисками безопасности.
Все это не могли не осознать Бако Саакян и Аркадий Гукасян, однако они устроили имитацию единства Арцаха, нанеся необратимый удар по безопасности Армении и Арцаха. Они предпочли своего друга безопасности Арцаха, и этим все сказано. В воздухе ощущается тревога, в которой пропадают все разумные объяснения…
