Собеседница «Первого Информационного» — мать Тиграна Хачатряна, проживающая в Брюсселе Алла Ованнисян.
– Госпожа Ованнисян, начался судебный процесс по делу 1 Марта. Какое у вас впечатление, наблюдая в эти дни посредством прессы за событиями?
– У меня большие ожидания от судебного процесса, более того, я также ожидаю, что Серж Саргсян должен быть привлечен к ответственности. Уверена, что Кочарян долгие годы проведет в тюрьме, потому что совершил много преступлений. Конкретно по части 1-го Марта ясно, что первым ответственным является он.
Я просто зла на этих своих сторонников, хотя они продались, я вижу лиц, которые также участвовали в других акциях. Ясно видно, для чего они пришли. В первый день я была очень зла на бездействие полицейских, вчера посмотрела видеоматериал, кажется, что уже проявляют активность и не позволяют, чтобы произошли столкновения. Надеюсь, что судебный процесс пройдет нормально.
– То есть, вы надеетесь, что суд примет справедливое решение?
– Уверена, что суд примет справедливое решение, и Кочарян будет привлечен к ответственности.
– В эти дни многие отмечают, что по части конкретных убийств нет ясности, то есть сейчас обвиняются ответственные за сложившуюся ситуацию, а об авторах самих убийств ничего не известно.
– Когда говорят, кто авторы убийств, меня это вообще не интересует. Правда, и он тоже должен быть привлечен к ответственности, но я не забуду, когда 1-го марта 2008г. Кочарян, кривя рот, выступал по телевидению и говорил, что демонстранты устроили беспорядки и так далее. Первым ответственным является тот, кто отдал приказ стрелять по народу, и он первым должен быть привлечен к ответственности. Конечно, осуждать только Кочаряна для меня очень мало, все должны ответить, сверху вниз. Но если бы он не отдал приказ, не захотел бы, то не было бы никаких жертв.
– Сын Кочаряна, Левон Кочарян, выразил готовность встретиться с Саркисом Клояном и представить свою правду по этому вопросу. Как вы относитесь к этой его инициативе?
– Я не в курсе, что говорил Левон, но скажу одно: он запоздал, они могли сделать это 11 лет назад. Моего ребенка не вернули бы, но я никогда не забуду, с какой торжественностью они пошли на похороны Гамлета Тадевосяна (одна из жертв 1 Марта — офицер полиции — ред.) и каким образом сыпали соль на нашу рану. Прошло 11 лет, я бы где-то приняла это, если бы это произошло в 2008 году, теперь даже об этом не хочу слышать — это шоу.
