На субботний митинг на площади Свободы и прозвучавшие на нем призывы к насилию полиция отреагировала, подвергнув приводу одного из организаторов акции Дживана Абрамяна. Это было наименьшее, что обязаны были сделать правоохранительные органы, однако, в данном случае, проблема не только в правовой плоскости, и очевидно, что мы должны требовать ответов на основные вопросы не у полиции. Неслучайно, что после выхода из полицейского участка наш «герой» вошел в лайв, на этот раз пригрозив и обзывая депутатов.
Очевидно, что корни самовыражения этих молодых людей, политической авантюры гораздо глубже, и то, что произошло на площади Свободы — это поверхностное проявление опасной трансформации повестки революции, неэффективного управления за прошлый год, не создания новой системы. Эту молодежь, конечно, можно локализовать в политической плоскости, как это произошло в случае с движением «Рестарт», когда ее представители провели так называемую операцию «мусорный бак». Однако и это не решит проблему, поскольку основой всего является сложившаяся в стране ситуация, среда тотальной нетерпимости, которая является благодатной почвой для, так называемой, «украинизации» нашей революции.
Блок «Мой шаг» на своей странице в Фейсбуке коснулся митинга группы активистов на площади Свободы и последовавшего за ним шествия. «Уважаемые граждане, напоминаю, что блок «Мой шаг» не может поддержать ни один митинг или шествие, на котором звучат призывы к насилию. В то же время напоминаю, что политика блока «Мой шаг» публичная и прозрачная. Когда блок «Мой шаг» организует митинг или шествие, это делается посредством открытого и публичного призыва. Иными словами, к сегодняшней акции мы не имеем никакого отношения — ни прямого, ни косвенного», — говорится в тексте заявления.
Конечно, положительно можно оценить то, что «шагающие» избавляются от политического маргинализма, однако заявление очевидно слабое и, если учесть, что автором этого является правящий политический блок, может даже сложиться впечатление, что произошедшее в нем даже завуалировано поощряется. В тексте заявления нет намека на то, что парламентское большинство строго осуждает прозвучавшие вчера выступления или очевидные призывы к насилию. Такое впечатление, что автором заявления является структура, осуществляющая наблюдательскую миссию, которая не несет никакой политической ответственности за происходящие в этой стране события. Неужели Пашинян так одинок и его политический тыл настолько бесплоден?
Это печально, но и закономерно, поскольку вчерашний криминализированный хулиган месяцами был инструментом «уличного правосудия» власти, когда нужно было проводить демонстрации против Манвела Григоряна или Роберта Кочаряна. Проблема не в их оправдании, они должны быть осуждены и привлечены к ответственности в рамках закона за совершенные ими преступления — это не подлежит обсуждению. Проблема в том, что отсутствие политики, политической команды, один год простоя привели к деформации повестки революции, вакууму, который пытаются заполнить жаждущие крови и насилия люди, прибегая к очевидным политическим провокациям. Речь отнюдь не только об этих молодых людях, но и многих других общественных группах, которые продолжают жить по инерции перманентной революции.
Через год после победы революции Пашинян находится в политическом одиночестве. Его формальная команда сидит исключительно на высоком рейтинге премьера, жадно пожирая, растрачивая его, связывая Пашиняна, превращая невменяемость в политическую категорию. Такая команда не имеет рациональной, ценностной системы, поэтому легко поддается примитивному искушению «черного» и «белого», превращая в субъект политического поля «адекватов» различных калибров и борющихся против них революционных «неадекватов».
Один человек может осуществить революцию, однако собой и своим рейтингом не может покрыть бездействие государственной системы, политического большинства.
