Антикоррупционная стратегия и программа мероприятий по ее реализации на 2019-2022 годы предполагает создание специализированного антикоррупционного органа под названием «Антикоррупционный комитет», который будет единым органом предварительного следствия, наделенным достаточно широкими полномочиями. Следственный комитет, ССС, СНБ, сотрудники и инструментарий следователей, занимающихся расследованием коррупционных преступлений налоговых и таможенных органов, передадут в Антикоррупционный комитет.
Антикоррупционный эксперт, юрист «Армянской Ассоциации юристов» Сюзанна Согомонян в беседе с Первым Информационным сказала, что по части полномочий структуры регулирований нет, поскольку нет проекта закона, но можно предположить, что это тот единый следственный орган, который будет бороться с коррупцией. «Естественно, здесь мы столкнемся с той же проблемой — как будет назначен руководящий состав Антикоррупционного комитета, будет ли обеспечена независимость этой структуры. Насколько мы понимаем, это будет автономный орган, а назначение главы автономного органа отдается вновь исполнительной власти. То есть, вновь по части независимости структуры у нас будет проблема. Это всего лишь предположения, поскольку, как я уже отметила, пока нет проекта, но, учитывая те подходы, которые до сих пор были взяты на вооружение правительством, я могу предположить, что новое назначение будет произведено исполнительной властью», — сказала Согомонян, добавив, что серьезным вопросом является также назначение заместителей руководителя антикоррупционного комитета. «Если выяснится, что руководителем исполнительного органа вновь должен быть премьер-министр, то по части независимости структуры наши ожидания не оправдаются»,- отметила эксперт.
Отметим, что параллельно с созданием Антикоррупционного комитета 24 июня премьер-министром было принято решение о создании Совета по антикоррупционной политике, в котором были внесены незначительные изменения, направленные на снижение роли и участия гражданских общественных организаций, ОМС и Министерства юстиции. «На самом деле, мы поддерживаем идею создания единого универсального независимого органа, который должен был осуществлять борьбу с коррупцией в трех направлениях: профилактика, образование, правоохранительные функции. Но сейчас у нас будет единый следственный орган, параллельно с этим будет создана комиссия по предотвращению коррупции, плюс созданный решением премьер-министра совет по антикоррупционной политике, который в некотором смысле будет дублированием комиссии по предотвращению коррупции, поскольку будет направлен на разработку и реализацию политики. Получается, что у нас снова будет несколько органов, но насколько это целесообразно и эффективно, трудно сказать», — сказал эксперт.
По словам Сюзанны Согомонян, из этих шагов становится ясно, что в действительности правительство не преследует столь серьезных целей для эффективной борьбы с коррупцией. Осуществляются лишь определенные целенаправленные действия.
Директор программ антикоррупционной организации «Трансперенси Интернешнл» Варужан Октанян, наоборот, не видит проблем. Вопрос независимости нового органа считает не столь серьезным, второстепенным. «В первую очередь я вижу эффективность деятельности антикоррупционного правоохранительного органа, которая, полагаю, еще больше возрастет. Прежняя дифференцированная модель была не столь эффективной, плюс, не было политической воли. Сейчас, если есть политическая воля и избрана эта модель, то думаю, что она будет работать достаточно хорошо. Для меня, исходя из опыта многих других стран, важна эффективность», — сказал Октанян, добавив, что в любом случае, пока нет органа и говорить, будет ли он независимым или зависимым, неправильно. Нужно подождать, чтобы орган создался, работал, потом можно будет дать этому оценку. «Проблема не в создании или не в создании органов. Проблема в эффективности этих органов, проблема в том, будут они работать или нет», — отметил Октанян.
