На вопрос одной из газет о том, почему он подал в отставку с поста председателя ВСС, действительно ли от страха подвергуться веттингу, Гагик Арутюнян ответил: «Причины моей отставки четко изложены в тексте отставки, а говорить о страхе просто смешно. Я нахожу, что любой человек, обладающий человеческим и профессиональным достоинством, поступил бы так же, как и я».
Профессиональное достоинство Гагика Арутюняна фактически было уязвлено, когда Никол Пашинян выступил с инициативой блокировать доступ к судам, и в этом вопросе действительно можно понять бывшего председателя КС и ВСС. Вся проблема в том, что если бы Арутюнян руководил обладающей доверием судебной системой, то не поссорился бы и ушел, а развернул бы эффективную борьбу против шага премьер-министра, выступал бы с политическими и правовыми оценками. Иными словами, если бы судебная система Армении не имела проблем в профессиональном и моральном плане, то шаг Пашиняна мог рассматриваться как попытка узурпировать судебную власть.
Однако то, что мог сделать Гагик Арутюнян, чтобы спасти лицо, было уходом. Кстати, этим шагом Арутюнян больше сделал демарш не властям, поскольку вид его отставки был очень слабым, а отстранился от коррумпированной судебной системы. Бывший высокопоставленный чиновник прекрасно понимает, что сегодняшняя судебная система не только морально не может бороться за свои права, но, наоборот, готова «сдать» любого, чтобы показать новой власти свою лояльность. Арутюнян ушел, пока его коллеги-судьи не сдали его, тем более, что спустя несколько дней после его отставки Союз судей принял заявление, осуждающее деятельность ВСС.
Однако вернемся к другому замечанию Гагика Арутюняна — тезису «человеческого и профессионального достоинства». Я сильно сомневаюсь, что Арутюнян имел подобное, по крайней мере, в годы истории Третьей республики. Его биография — целая цепочка отступлений. В молодые годы Арутюнян «преданно» служил коммунистической власти, потом, по первому же случаю, бросился в объятия общенационального движения, став ключевым членом команды Левона Тер-Петросяна — вице-президентом страны, председателем КС. Потом не буду говорить, с каким «усердием» Арутюнян отрекся и от того же Тер-Петросяна, и от правосудия, когда в «милитаризированном» Ереване он ратифицировал результаты позорных выборов 2008г., фактически легитимизировав также события 1 Марта. Однако в каком-либо указанном эпизоде у Гагика Арутюняна «человеческое и профессиональное достоинство» молчало.
Однако было бы лучше, если бы вышедший на пенсию Арутюнян написал мемуары и глазами освобожденного от скованностей государственного статуса человека подробно рассказал, как получилось, что на президентских выборах 1998г. он не выдвинул свою кандидатуру, хотя был компромиссным кандидатом и дал такое обещание Вазгену Саркисяну. Помешало «человеческое и профессиональное достоинство», или очередной эпизод отступления?
