События в Арабской Республике Сирии, особенно в последние дни, очень быстро развиваются. Военное вторжение Турецких военных сил и переименованной протурецкой группировки Сирийской национальной армии (ранее – Свободная армия Сирии) на территорию арабской страны и возобновление военных действий на Севере Сирии – Алеппо, Ракка и Асаке еще более обострили конфликт, длящийся 8-9 лет, усугубив гуманитарный кризис.
Армения же в лице премьер-министра и министра иностранных дел резко осудила незаконное вторжение Турции в Сирию, подчеркнув, что оно приведет к дальнейшему ухудшению региональной безопасности, человеческим потерям среди гражданского населения, большому потоку переселенных, и, наконец, к новому гуманитарному кризису.
Сирийская проблема на фоне достаточно отношений, заметно активизирующихся, развивающихся в последнее время между армянским и еврейским государствами, и недавнего заявления об открытии посольства Армении в Израиле, дают возможность для новой темы армяно-израильского диалога. Плохие отношения с Турцией и курдский фактор могут ли стать основой для формирования общих выгод и интересов между Арменией и Израилем на Ближнем Востоке? Собеседником Первого Информационного по этой теме стал депутат Кнессета Израиля 15-ого созыва, сопредседатель общественного форума «Армения-Израиль» Александр Цинкер.
– Г-н Цинкер, как Вы оцениваете осуждение со стороны Армении турецкого вторжения в Сирию?
— Честно говоря, то, что Армения осудила турецкое вторжение в Сирию, ничем не отличается от осуждения всего Европейского союза, и не только стран ЕС. Поэтому нет ничего удивительного в том, что и армянское руководство тоже осуждает вторжение.
Я удивляюсь, что не собирается заседание Совета безопасности ООН и почему ООН не обсуждает эту проблему, когда идет вторжение одного государства на территорию другого. И я считаю правильным решение правительства Сирии о введении правительственных войск в северные районы для защиты курдского населения.
Честно говоря, очень интересна позиция России. Она пока молчит. Мне кажется, Россия боится быть втянутой в конфликт с Турцией. Но мне кажется они должны понять, на какой стороне они находятся сегодня.
— Но Вы не считаете, что, по сути, Россия дала молчаливое согласие на это вторжение Турции? Эти две страны, как видите, в последние годы тесно сотрудничают именно по вопросу Сирии.
– Я бы не сказал, что они конкретно сотрудничают по вопросу сирийского конфликта. В данном случае то, что Россия не заявила свое мнение по поводу вторжения турецких войск наводит на мысль, что она не хочет быть втянутой в этот конфликт и, как будто заняла позицию «меня это не касается».
Странно, что этот вопрос не обсуждается на более высоких международных форумах, потому что, когда одна страна вводит войска в другое государство — это уже серьезный вопрос. Иное дело, когда Россия вводила войска в Сирию по просьбе Асада, законного правительства Сирии.
– Вы подчеркнули, что речь идет о вторжении войск одного государства в другое, что с точки зрения международного права является нарушением. Но мы слышим заявления различных стран, зачастую встречаемся с мыслью «о законных озабоченностях» Турции, вопросах безопасности и права противостоять им. То есть, военные действия Турция на территории другой страны в какой-то мере оценивают, как нормальное явление.
– Прежде всего, приходится наблюдать, что, кажется, мы живем в такой реальности, как будто все страны равны, но среди них есть страны, которые «более равнее». Такие страны, как США и Россия, порой, не очень обращают внимание на мнение других стран и решают свои вопросы так, как им выгодно.
А то, что касается Сирии, то когда год назад мы политологами обсуждали проблему, то все ожидали, что она в ближайшее время развалится на несколько зон. В одной зоне сильны будут позиции России, в какой-то зоне — позиции Турции, а какая-то зона будет под влиянием США и как таковой Сирии не останется. Но в данной ситуации мы все, по-моему, ошиблись. Для меня было немножко неожиданно, но Россия очень удачно провела эту операцию и сегодня практически все больше территорий находится под владением войск правительства Сирии. А так называемая свободная сирийская армия, которая находится в большой связи с Турцией и даже немножко с Америкой в плане территорий теряет свои позиции. Учитывая эту ситуацию, мне не кажется, что у Турции есть надежда «под шумок» оторвать от Сирии что-то и решить курдский вопрос. Потому и она сегодня прибегла к активным действиям, чтобы решить какие-то свои проблемы, не очень- то задумываясь, что будет потом. Почему? Потому что сегодня у Эрдогана сложная ситуация. У него проблемы и с США, и с Евросоюзом и даже в самом НАТО у нее проблемы, когда он закупил С-400 у России. Внутри самой Турции у Эрдогана тоже проблемы – на выборах он дважды проиграл в Стамбуле, его премьер-министр ушел из партии. То есть, ему сегодня нужна молниеносная быстрая война с хорошим окончанием, с победой. Эта война поможет ему в решении и внутренних вопросов. Поэтому и происходит то, что сегодня мы видим.
– У Израиля тоже интересная ситуация в этой ситуации. Нетаньяху сказал, что готов поддержать «храбрый курдский народ».
– Да, это не первое выступление, когда Израиль поддерживал Курдистан. И в торговых отношениях у нас были определенные связи с курдами. И сейчас то, что Биби Нетаньяху сказал, нет ничего нового в этом направлении. Мы не вмешиваемся в сирийские проблемы, но единственное исключение — это то, что Израиль отслеживает караваны, которые направляет Иран для Хезболлы. Тут есть определенные операции для предотвращения перевода оружия.
В данной ситуации заявление Нетаньяху означало еще раз поддержать курдов, но каких-то военных операций Израиль не планирует.
– Плохие отношения с Турцией и курдский фактор могут объединить интересы Израиля и Армения в этом регионе?
– По поводу курдов сложилось такое ситуативное явление – и Армения и Израиль выражают свои симпатии к курдскому народу. Но я не думаю, что это тот элемент, который сближает позиции Армении и Израиля в регионе и вообще на Ближнем Востоке. Мне кажется сегодня в Израиле, и не только в Израиле, хотели бы понять какая концептуальная программа будущего развития у Армении. С кем она хочет развивать отношения, какие у нее перспективные направления. На основании этого можно будет понять и искать какие-то пути развития взаимоотношений. Вполне возможно открытие посольства в начале года в Израиле позволит более активизировать работу и поиск совместных проектов, которые будут хороши для обеих стран. Ведь не секрет, каждая страна сначала решает свои вопросы, потом она ищет союзников для решения с одной стороны своих вопросов, а с другой стороны – для участия в решении проблем этого союзного государства. А вопрос курдов, мне кажется это ситуативное совпадение на данном этапе.
– И последний вопрос, связанный с Арменией. Вы часто бываете в Ереване и хорошо знаете внутреннюю ситуацию в нашей стране, а также внешнюю политику и одновременно имеете возможность взглянуть на все эти процессы с точки зрения Израиля, одной из влиятельных стран Ближнего Востока. Осуждение Ереваном военных действий Турции, несомненно, здесь есть и гуманитарный компонент, с политической точки зрения можно в какой-то мере оценить, как заявку со стороны Армении стать активным игроком на Ближнем Востоке?
– Если помните, в свое время много лет подряд часто говорили о комплементарной внешней политике Армении. Мне кажется, что и сегодня давление идет на Армению с одной стороны от США и Евросоюза, с другой стороны — от России и Евразийского союза, и Армении надо выбрать правильную проармянскую траекторию. И в этом отношении, чем чаще Армения будет выступать и настаивать на своем мнении по вопросам региона, где она находится, повторяю речь идет не только о Южном Кавказе, но и вообще Ближнем Востоке, тем будет лучше для Армении. Я сейчас вернулся из Еревана и там я говорил журналистам такую вещь – сегодня Армения появляется на политической карте мира.
