После смены власти в 1998 году Вазген Саркисян намеревался создать партию. Андраник Маргарян сумел убедить его, чтобы политизированная часть Еркрапа присоединилась к РПА. После смерти Ашота Навасардяна РПА, которая никогда не имела большого веса, оказалась на пороге развала и не случайно, что в драматические дни 98-го года Андраник Маргарян, подобно тени, следовал за Вазгеном Саркисяном. Выбор Спарапета, в конце концов, остановился на РПА. 24 января 1999 года Вазген Саркисян на съезде РПА выступил с объемной программной речью и, пожалуй, всем было понятно, что на предстоящих парламентских выборах он подаст заявку на премьерство, что само по себе предполагало существенное ограничение власти Роберта Кочаряна.
Однако РПА стала не спутником побед Вазгена Саркисяна, а вскоре она зафиксировала «победы» — ценой отречения от Спарапета.
27 Октября в Армении стартовал период «большого отступления». Это было проявлением институционального кризиса государства, поскольку критериями оценки в политической системе стали подлог и отречение. Система, сверху вниз, жила по этой логике. Роберт Кочарян отрекся от Армении и Арцаха, «короновавшись» российским царем посредством кровавого пиршества. Чем больше Кочарян был покорен российской империей, тем жестче он был внутри страны, уничтожая все проявления политического инакомыслия, уничтожая все очаги суверенитета.
Боль скорбящего общества еще не утихла, когда элита РПА отреклась от Вазгена Саркисяна, удостоившись от Роберта Кочаряна должностей и жирных бизнесов. Непонятно было видеть двуличность верхушки РПА, которая днем клялась на могиле Вазгена Саркисяна оставаться верной делу Спарапета, а по ночам жертвовала память Спарапета за «тридцать серебренников», уничтожая вместе с Робертом Кочаряном политическое наследие Вазгена Саркисяна. Верные Спарапету деятели лишились государственных постов, а некоторые — свободы, Роберт Кочарян четко определил ту унизительную планку, при которой люди могли бы интегрироваться в его систему, стать «привилегированными». Это было отречение от Вазгена Саркисяна, Карена Демирчяна.
Этим Роберт Кочарян решал две задачи: укреплял свою власть и давал гарантии «бунтующему» Наири Унаняну. Неслучайно, что последние верные оставшимся во власти Вазгену Саркисяну члены команды — мэр Еревана Альберт Базеян и генеральный прокурор Борис Назарян — были уволены в преддверии судебного заседания 27 октября. Вскоре Наири Унаняну был преподнесен еще больший «подарок» — был арестован брат Спарапета Армен Саркисян.
Начался период «большого отступления»: Кочарян отрекался от Армении, а Республиканская — от Вазгена Саркисяна. Не случайно, что сегодняшнее собирательное лицо РПА — олигархия без родины.
