Резолюция, принятая Палатой представителей Конгресса США, признающая Геноцид армян, несмотря на отсутствие силы закона и являющейся лишь документом консультативного характера, несомненно, открывает новую страницу в контексте международного обращения армянского вопроса, формирует новую ситуацию и новую планку на линии. А это означает многовекторный круг влияния всего этого в самых разных направлениях. Каким будет влияние в каком-либо конкретном направлении, несомненно, зависит также от того обстоятельства, как будут развиваться вопросы и реалии мировой политики в дальнейшем, и как в этом плане себя поведут как внутриамериканские, так и международные игроки.
Естественно, за всем этим должна следить не только Армения и армянство, но и все это должно быть внедрено в текущем режиме в деле очерчивания внешнеполитической и безопасностной тактики и стратегии Армении. Одним из ключевых направлений наблюдения здесь, несомненно, должно быть российско-турецкое направление. То, что резолюция США окажет свое влияние на российско-турецкое сотрудничество, и то, что и это сотрудничество, в свою очередь, имеет существенное значение в плане международной роли Армении, армянской государственности, вообще армянского фактора, бесспорно. Вопрос в том, каким будет влияние. Когда в 2016 году Бундестаг Германии принял резолюцию о признании Геноцида армян, очень примечательное заявление сделал министр иностранных дел РФ Лавров, сказав, что если Анкара не хочет неприятных сюрпризов, то она должна быть партнером с Россией. Примечательно, что это был периодом российско-турецкого недовольства в результате того, что на турецко-сирийской границе был сбит российский самолет. И что еще более примечательно, именно с этого этапа началось примирение и сближение.
Иначе говоря, Москва заявляла Анкаре, что если не хочет неприятностей в армянском вопросе, то она должна обратиться к России. Очевидно, что и для Москвы армянский вопрос является рычагом в отношениях с Анкарой, но не в смысле, так сказать, непризнания, признание в РФ произошло в 1995 году, на уровне Госдумы, а в плане сдерживания в процессе международного признания, используя рычаги влияния на Армению и армянскую диаспору. В настоящее время происходит изменение ситуации в широком смысле, начиная с Армении и армяно-российских отношений, где после бархатной революции Ереван устанавливает ценности и правила взаимного уважения, невмешательства в дела друг друга и суверенитета. Если этот процесс превращается в политическую линию и формирует новую ситуацию в армяно-российских отношениях, то это автоматически приведет к ослаблению или нейтрализации рычага сдерживания России в процессе международного признания армянского вопроса в отношении Турции. А это один из немногих рычагов России в вопросе Турции, свидетельством чего является и то, что после примирения, на фоне или почве признания Бундестага, в Анкаре цинично был застрелен посол РФ, что, однако, Москва была вынуждена проглотить.
В контексте российско-турецких отношений потеря редкого рычага Москвы, которая произойдет с обретением суверенитета Армении, может нарушить баланс российско-турецких отношений. А для Штатов здесь, конечно, важен баланс, поскольку российско-турецкий механизм взаимного сдерживания является одним из инструментов управления региональной безопасностью для Штатов. Таким образом, принимая резолюцию о признании Геноцида армян в Палате представителей Конгресса США, в числе ряда вопросов, США также повышают важность России для Турции, то есть значение России для Анкары, следовательно, в плане отношений с Турцией для РФ подкармливают определенную прочность, в то же время, в глубинном плане ослабляя давление на вопрос суверенитета Армении.
