Одно из первых заявлений Никола Пашиняна на посту премьер-министра Республики Армения касалось вопроса восстановления полноценного трехстороннего (Ереван-Степанакерт-Баку) формата мирных переговоров по урегулированию нагорно-карабахского конфликта. Речь идет о формате, закрепленном еще в 1994 году на саммите ОБСЕ в Будапеште.
Заявления Пашиняна остаются без ответа
Подход Пашиняна к этому вопросу очень прост и логичен: как может Нагорно-Карабахский вопрос быть урегулирован без Нагорного Карабаха? И все же, несмотря на вполне справедливый вопрос, заявления премьер-министра Армении на эту тему около полутора лет не находили положительного отклика со стороны посредников — стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ. Кроме того, сопредседатели, по сути, раскритиковали армянскую сторону за заявление, сделанное 9 марта с.г., призвав воздержаться от заявлений, требующих одностороннего изменения формата переговоров.
Если говорить о позициях трех стран-сопредседателей (Российская Федерация, Франция, США) по отдельности, то та же Россия, которая, пожалуй, самая активная в переговорном процессе и чаще говорит о вопросах, касающихся урегулирования конфликта, в своих позициях никоим образом не показывала, что придает важность субъективности проживающего в Нагорном Карабахе народа и его голосу в процессе определения его судьбы. Например, в августе, когда Никол Пашинян в Степанакерте произнес свои известные слова «Арцах — это Армения, и все», через несколько дней это заявление в ходе брифинга прокомментировала официальный представитель МИД России Мария Захарова. В данном контексте, касаясь вопроса о статусе Нагорного Карабаха, Захарова заявила, что Россия придерживается того мнения, что окончательный статус Нагорного Карабаха должен быть определен посредством переговорного процесса между Арменией и Азербайджаном.
В начале октября министр иностранных дел РФ Сергей Лавров прокомментировал вышеуказанные слова Пашиняна на ежегодной конференции международного дискуссионного клуба «Валдай», сказав, что подобные заявления не способствуют формированию соответствующей атмосферы для возобновления политического процесса по карабахскому вопросу. Лавров также отметил, что пока диалог между сторонами не возобновился, но он на данный момент не видит рисков новой войны.
Позже, когда журналисты спросили Захарову, что имел в виду Лавров, говоря о необходимости возобновления прямого диалога между сторонами, спикер ответила: «Переговоры между двумя государствами». То есть, опять речь шла о Ереване и Баку, и фактор Республики Арцах в переговорах остался проигнорированным.
Почему Москва меняет акценты? Фактор Кочаряна
Но в ходе официального визита в Армению 10-11 ноября Лавров заметно изменил акценты российской стороны, заявив в МИД РА на пресс-конференции со своим армянским коллегой, что без Нагорного Карабаха невозможно достичь какого-либо соглашения по урегулированию конфликта, поскольку Армения просто не подпишет предложенный документ.
А уже на этой неделе, 21 ноября, официальный представитель МИД РФ М. Захарова заявила, что Россия будет содействовать изменению формата переговоров в процессе урегулирования карабахского конфликта, если Армения и Азербайджан достигнут соответствующего соглашения по данному вопросу.
Чем обусловлено такое очевидное изменение акцентов в позиции официальной Москвы, сказать однозначно сложно. Можно лишь делать предположения, пытаясь прочесть подтексты слов Лаврова. В этом случае, конечно, мы должны учитывать и динамику армяно-российских отношений за последние полтора года, и внутриполитические реалии Армении, поскольку все эти вопросы, в том числе и карабахский, тесно взаимосвязаны и влияют друг на друга. В том же абзаце глава МИД России также сделал прозрачный намек на то, что один из бывших президентов Армении оставил Нагорный Карабах, то есть представителей официального Степанакерта, вне переговорного процесса, решив, что интересы Нагорного Карабаха должен представлять Ереван.
Если посмотреть на комментарии, сделанные на армянском медиаполе после этого заявления Лаврова, то, по мнению большинства аналитиков, речь идет о бывшем президенте Роберте Кочаряне. Здесь примечателен тот факт, что Кочарян является близким другом президента РФ Путина и в Армении считался союзником Кремля. Сторонники же Кочаряна, которые сегодня ведут ожесточенную борьбу против нынешних политических властей Армении за освобождение его из-под стражи, всячески пытаются показать, что руководство России поддерживает их. Но вышеупомянутые слова Лаврова, по мнению многих аналитиков, могут означать, что Москва по сути сдает Кочаряна. Не будем забывать, что Лавров — один из самых умных дипломатов нашего времени, и просто так не сказал бы ни слова и не сделал бы таких откровенных намеков. Это означает, что если он сказал, значит, действительно, эти слова содержат какое-то послание. И если это действительно так, то, естественно, это, скорее всего, было частью двусторонней сделки.
Какие конкретно были договоренности и какие уступки сделало правительство Пашиняна в обмен на формат переговоров в Арцахе и поддержку Москвы в вопросе Кочаряна, естественно, невозможно сказать без достоверной информации. Во всех случаях это общий контекст, и слова Лаврова и представителя МИД РФ о формате переговоров по карабахскому вопросу следует рассматривать в этой картине.
Степанакерт должен напрямую участвовать в переговорах
Тем не менее некоторые российские эксперты не видят изменений в позиции Москвы. Российский политолог, руководитель Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН, президент Научного общества кавказоведов (НОК) Александр Крылов в беседе с Первым Информационным выразил мнение, что в словах министра иностранных дел России нет ничего нового. А в том, что арцахская сторона осталась вне переговоров Крылов обвиняет бывшие власти Армении.
«Я не раз комментировал этот вопрос и говорил, что возврат к трехстороннему формату возможен. Армения отказалась от трехстороннего формата сама. Это было глупостью со стороны Еревана. Никто не отрицал, что возврат к трехстороннему формату возможен, но опять же для этого нужно согласие всех сторон. Если Азербайджан уже не соглашается, то тогда переговоры прекращаются и никакого переговорного процесса не будет. Что касается слов Лаврова, что без учета желания населения Нагорного Карабаха невозможно решить этот вопрос, то это была последовательная позиция России, которая не была изменена еще с 1994 года, когда было подписано соглашение о перемирие. Все зависит от воли Азербайджана и Армении. Когда они договорятся, то Россия и другие посредники обеспечат гарантированность этих договоренностей ихними совместными усилиями и всеми возможными способами», — отметил Лавров, подчеркнув, что карабахскую проблему просто невозможно решить без учета мнения проживающего там населения. Потому и армянская дипломатия должна активизировать свои усилия для восстановления трехстороннего формата в переговорах.
«Ну как можно решить этот вопрос без учета интересов населения Нагорного Карабаха и потом каким образом проводить это решение в жизнь? Что, направить туда войска и выселить это население, если оно не примет этого достигнутого решения? Естественно, чтобы они выразили свое желание и присоединились к этому соглашению относительно урегулирования проблемы. Это совершенно ясно. Мы исходим из того, что не идет вопрос о самоопределении, а вопрос территориальной целостности и территориальном споре между Арменией и Азербайджаном. А формула «Арцах это Армения и точка» подразумевает то, что это территория Армении. Но здесь есть много сложностей. Не случайно, что после этого заявления армянский парламент не пошел по пути принятия соответствующих решений по юридическому закреплению того, что эта территория является территорией Армении. А до этого, пока это не закреплено в Конституции Армении, вопрос остается спорным», — отметил российский политолог.
