Евразийский экономический союз (ЕАЭС) принял ряд мер по борьбе с пандемией covid-19 и смягчению ее экономических последствий. Но хотя коронавирус создал стимулы для реализации давно застопорившихся реформ, члены этого возглавляемого Москвой торгового блока демонстрируют лишь ограниченную готовность помогать друг другу.
10 апреля руководящий орган ЕАЭС утвердил план, включающий временное обнуление ввозных таможенных пошлин и упрощение таможенных процедур в отношении импорта критически важных товаров, включая большинство наименований основной сельхозпродукции и ряд предметов медицинского назначения. Введенные правила будут действовать до конца июня, а в случае с изделиями медицинского назначения — до 30 сентября.
В список критически важных товаров вошли в том числе и медицинские маски, вызвавшие ряд неприятных инцидентов на казахстанско-российской границе. Казахстанские пограничники сообщили, что 15 апреля была предотвращена попытка незаконного вывоза в Россию 400 тысяч масок. Две недели спустя из Казахстана в РФ пытались вывезти еще миллион масок под видом продовольственных товаров. Нур-Султан запретил экспорт масок еще в феврале, причем даже в страны-партнеры по ЕАЭС.
Между тем Россия продолжила поставлять членам ЕАЭС тест-системы для диагностики covid-19. Как сообщил 14 апреля Роспотребнадзор, им было передано членам блока дополнительно порядка 70 тысяч тестов.
Москва также дала понять, что будет уделять союзникам по ЕАЭС приоритетное внимание в вопросе обеспечения продовольствием: 26 апреля Россия объявила о приостановлении до 1 июля экспорта пшеницы, ржи, ячменя и кукурузы, но для стран-членов союза было сделано исключение. Ранее Кремль ввел квоты на вывоз зерна из страны до июня (правда, опрошенные агентством «Рейтер» аналитики выразили мнение, что квоты не окажут серьезного влияния на экспорт). Но Грузия, закупающая большую часть потребляемой в стране пшеницы в России, на всякий случай подписала контракт на закупку в конце мая 27 тысяч тонн американского зерна.
Между тем ЕАЭС пересматривает свои внутренние правила регулирования трансграничных рынков, признав в своем годовом отчете, что по-прежнему существуют серьезные проблемы с демпингом и другими формами недобросовестной конкуренции. Блок также довел до конца некоторые ранее согласованные тарифные реформы, объявив 21 апреля, что утвердил обновленные версии структур главных таможенных документов.
Но за всеми этими организационными, формальными шагами, тексты о которых переполнены юридической терминологией, скрываются фундаментальные внутренние противоречия. «Евразийский союз явно страдает от недостатка лидерства, — говорится в опубликованном 4 мая докладе Финского института международных отношений. — Пандемия продемонстрировала слабость и ограниченную актуальность ЕАЭС с точки зрения способности помочь партнерам России противостоять самым злободневным вызовам, будь то эпидемиологического или экономического характера».
Во время видеоконференции 14 апреля президент Белоруссии Александр Лукашенко предупредил, что ЕАЭС может развалиться, если не сможет организовать борьбу с covid-19 единым фронтом.
Одним из источников фундаментальных противоречий в ЕАЭС является то, что два его крупнейших члена (Россия и Казахстан) — крупные экспортеры энергоносителей, а остальные (Армения, Белоруссия и Киргизия) сильно зависят от импорта энергоносителей.
Более мелкие члены ЕАЭС просят помощи. Между тем, на фоне удара, который пандемия нанесла по мировой экономике, цены на энергоносители рухнули к историческим минимумам. Как следствие, в Армении, где Газпром владеет сетью газопроводов и является крупнейшим налогоплательщиком страны, российский государственный энергетический гигант хочет повысить цены. То же самое происходит в Кыргызстане, где Газпром объявил 13 апреля, что повысит тарифы на 14-15% для предприятий и бытовых потребителей, ссылаясь на рост курса доллара. Белоруссия просит снизить цены, как заявил 29 апреля представитель Министерства энергетики страны, но в тот же день министр энергетики России Александр Новак исключил снижение цен в этом году.
Звучит весело. Можно я к вам?
На фоне всех этих противоречий на постсоветском пространстве нижняя палата парламента Узбекистана проголосовала за присоединение страны к ЕАЭС в качестве государства-наблюдателя: 86 депутатов проголосовали «за» и 32 — «против», при 14 воздержавшихся. Статус наблюдателя мало что даст Ташкенту, хотя и может стать предтечей полноправного членства или, возможно, соглашения о свободной торговле.
Для членов ЕАЭС, таких как Армения и Киргизия, а также других бедных постсоветских республик, включая Таджикистан и Узбекистан, замедление экономического роста в России обернулось стремительным падением денежных переводов от трудовых мигрантов — жизненно важного источника валюты. Согласно статье, опубликованной 7 апреля в российском деловом издании РБК, оператор платежных систем Unistream сообщил о сокращении объемов переводов из России в марте на 35% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, а российская «Золотая корона» (также известная как KoronaPay) — на 30%. Ожидалось, что в апреле переводы рухнут на 50%.
