В беседе с Радио Свобода председатель Национального Собрания Самвел Никоян заявил, что в ближайшее время лидеры коалиционных партий заявят об участии в выборах по раздельным спискам. Таким образом, из повестки дня власти, фактически, снят вопрос объединенного списка. Официально он, конечно, никогда и не был в повестке, однако, после коалиционного меморандума от 17 февраля 2011г. объединенный список, по сути, должен был стать логическим продолжением. Однако, когда в настоящее время рассматриваем логику предвыборного процесса и ее атмосферу, то раздельные списки коалиции не менее логичны.
Дело в том, что так называемое многообразие власти необходимо, т.к. при однородности для обеспечения большинства голосов электората нужно было бы пойти на довольно жесткие фальсификации. А в настоящее время у власти такой возможности нет как в плане политического ресурса, так и экономического. Следовательно, однородность не исходит из тактических интересов власти, т.к. при раздельном участии в выборах возникает возможность маневрирования, чего власть лишилась бы при объединенном списке.
Тогда возникает вопрос, ради чего была вообще вся история внутривластных обсуждений объединенного списка? Почему Серж Саргсян долгое время пытался склонить ППА к объединенному списку? Здесь, пожалуй, мы имели дело с более всего тактической проблемой. Обсуждениями вокруг объединенного списка Серж Саргсян, вероятно, просто пытался оказать давление на ППА, дабы в случае раздельных списков выудить у ППА больше уступок, как, скажем, в 2007г. Нет сомнений, что тогда ППА набрала голосов больше, чем РПА, однако, абсолютное большинство сформировала Республиканская партия. И, пожалуй, нет сомнений, что большинство это оформилось за счет ППА.
По-видимому, эта проблема существует и сегодня. РПА понимает, что она не в состоянии набрать столько голосов, чтобы чувствовать себя в парламенте комфортно. Следовательно, остается “надеяться” на голоса ППА, потому что вряд ли, скажем, Армянский национальный конгресс отдаст свои голоса РПА. Следовательно, для Сержа Саргсяна очень важно по возможности оказать давление на Гагика Царукяна, чтобы тот, как и в 2007г., полученные, а, вернее, собранные им голоса при необходимости “подарил” РПА.
С другой стороны, в настоящее время, конечно, большой вопрос – есть ли у Царукяна столько голосов, сколько было у него, скажем, в 2007г? В конце концов, в 2007г. Царукян пытался выступить, так сказать, в роли внутривластной альтернативы, претендуя стать оппозицией существующей системе. Однако в последующие годы Царукян показал обществу обратное: что он является не оппозицией существующей системе, а всего лишь ее придатком. То есть, сейчас ППА – это более излишество, нежели альтернатива. И общество это понимает, даже та ее часть, которая в 2007г. верила в политический “курс” Царукяна.
И, в конце концов, существует еще и меморандум от 17-го февраля 2011г., от которого, во всяком случае, пока что, Царукян не отказался, и даже подтвердил оное, и все это – на виду у общества. Уж не говоря о том, что Царукян еще не отказался от Роберта Кочаряна и не дал целостную политическую оценку периода его президентства.
