В Армении, вместо того, чтобы в тюрьмах оказались олигархи и должностные лица, которые обогащаются всеми возможными незаконными способами, начиная от житейского обмана до осуществленных ими заказных убийств, в тюрьмах оказываются те молодые люди, которые борются за власть закона, приоритет права, за свободу и справедливость. И все это – под риторику властей о преобразованиях, модернизации Армении, под заверения о новом качестве власти, новом мышлении, о маршировании в ногу со всем миром.
В мире сегодня не арестовывают молодых людей, да еще активных, борющихся за права, потому что это стало бы концом власти, или началом конца. В каком-либо нормальном государстве власть не заключит под стражу общественного активиста, да еще по вымышленному или раздутому обвинению, т.к. общество не простит этому государству. Общество не простит, потому что в этом аресте увидит посягательство против себя.
Другое дело – общество Армении. Здесь имеются существенные проблемы. И, несомненно, вседозволенность власти проистекает из этих проблем, т.к. если правящий режим будет знать, будет уверен, что арестовав молодых активистов, породит большую общественную волну, спровоцирует большой общественный гнев против себя, то не пойдет на этот шаг, да еще перед президентскими выборами.
А то, что решение суда является решением не независимой судебной системы, но центра власти, пожалуй, несомненно: как минимум, пока имеем дело с, мягко говоря, неадекватным решением, пока никто из власти не выступил с обратной оценкой этого решения. А вообще, в Армении ни для какого разумного человека не секрет, что подобные судебные решения принимаются под политическое одобрение, и никакой судья не пойдет на такой шаг, который поставит власть, мягко выражаясь, в неблагоприятное внутреннее или внешнее положение.
А в чем тут задача общества? Вердикт против активистов Конгресса вызвал очередную волну гнева у политически и граждански активной общественности. Причем, недовольство выражают как сторонники политического курса Конгресса, так и силы и личности, которые давно уже являются оппонентами этого курса. В конце концов, проблема тут не в политическом курсе, а в несправедливости, жертвой которой становятся четверо молодых людей. Следовательно, независимо от политических разногласий, задачей гражданской общности является борьба против проявлений несправедливости, если даже завтра с этими парнями они окажутся в разных политических лагерях и будут в острой конфронтации друг с другом.
Вопрос здесь в принципе, и каждый гражданин должен встать выше всего остального и руководствоваться принципом. Однако в этом плане имеется проблема, и, хоть и в небольшом объеме, но политические разногласия и другие обстоятельства играют определенную роль в создании более широкой общественной коалиции против нынешнего примера несправедливости.
Это проблема, которой пользуется власть. Причем, проблема эта проявляется не впервые. Она проявлялась и во время других акций, поднятии других вопросов, в том числе, через многих сторонников Конгресса, которые сейчас призывают оставить в стороне разногласия и защитить молодых людей, однако, сами они во многих вопросах оказывались в сетях личных или партийных интересов и, вместо того, чтобы присоединиться ради принципа, просто начинали компрометировать ту или иную гражданскую инициативу.
Другая проблема состоит в общественном безразличии. В Армении сформировалась, так сказать, спонтанный сегмент быстрого гражданского реагирования, которая всюду является первой, сразу встает против любого бесправия, беззакония, несправедливости, всегда последовательна. Однако эта активная часть очень мала для оказания широкомасштабного сопротивления власти и предотвращения произвола.
Эта активная общность уже таки разделена на несколько мест, на несколько направлений, по нескольким вопросам. Некоторые из членов бегают сразу на несколько акций, одновременно поддерживают инициативы своей политической силы. И так как удельный вес этой активной общности в обществе невелик, как бы активисты ни проявляли большую преданность и воодушевление, они просто физически не успевают встать против власти всем фронтом. А власть, кажется, понимая эту проблему, открывает по возможности больше таких фронтов, и вердикт против активистов Конгресса, кажется, является одним из таких расчетов.
В настоящее время активное общество принялось полноценное раскрытие дела «Арснакара», борется, чтобы его не предали забвению. В то же время, имеются инициированные давно правовые и экологические процессы. Вот к ним прибавляется новый, который потребует от общества новых сил, нового времени и усилий для защиты парней. Не преследуя эту цель, получится преступное соучастие в произволе властей.
В то же время перед обществом открывается новый фронт, и общество сталкивается с проблемой своих безразличных кругов. Тогда как очевидный ресурс существует, есть ресурс расширения, увеличения общественной активности, гражданственности. Просто нужно, чтобы по возможности больше людей осознало, что в Армении, где царит антиконституционность, нет частных проблем, все проблемы общественные, т.к. они могут сегодня, завтра или через несколько дней непосредственно коснуться тебя, твоего сына, родственника. Защитником всего является Конституция, которая не действует. Следовательно, никто не защищен.
Эту простую реальность нужно по возможности интенсивно довести до все более широких кругов общественности. С другой стороны, нужно также принять, что использование этого ресурса препятствует партийности. То есть, партии входят во все это со своими политическими интересами и отталкивают ту часть общества, которая готова присоединиться к движению ценностей, однако, избегает партийных названий и имен лидеров.
Все это в Армении принимается в штыки в кругу тех же партий и партийцев. Тогда как, это является одной из действительно серьезных проблем, которую не власть поставила перед обществом, а сами партии. А власть пользуется этим, время от времени разными ухищрениями генерируя партийные интересы, особенно когда становится заметным, что гражданские, ценностные, беспартийные инициативы разрастаются, становятся достаточно влиятельными и эффективными.
