Мать одного из жертв трагедии 1-го Марта Тиграна Хачатряна обратилась в Специальную следственную службу (ССС) за информацией о том, какие новые разоблачения в ходе следствия по делу о событиях 1-го марта 2008г. А ССС проинформировала ее, что нет ничего нового, и сообщат, если будет.
Прошло более одного года с того дня, когда Серж Саргсян в контексте «требования» Армянского национального конгресса заявил, что ССС должна сообщить новый импульс следствию по делу 1-го Марта, допросить новых людей. Затем последовал диалог РПА-Конгресс, ныне Конгресс – в «диалоге» с ППА, а по поводу 1-го Марта – новостей никаких. Тогда как, наверное, по меньшей мере, одна новость все же должна была быть – допрос Роберта Кочаряна и Левона Тер-Петросяна. Однако, по большому счету, должны были быть допрошены не только они, но и официально избранный на тот момент президентом Серж Саргсян, который был в данный момент премьер-министром страны, а также председатель парламента того времени Тигран Торосян, который, кстати, впоследствии заявил, что при введении чрезвычайного положения Роберт Кочарян с ним, как председателем Национального Собрания, не консультировался. Эти, как минимум, четыре персоны должны были быть допрошены в рамках «нового импульса». И почти несомненно, что их допрос и вправду сообщил бы новый импульс процессу раскрытия 1-го Марта.
Нет сомнений, что допрос данных лиц стал бы стимулом для общественного интереса к расследуемому делу, что повысило бы и ответственность следственной группы, и привело бы, конечно, к раскрытию новых обстоятельств. Однако то, что лица, которые в рассматриваемый период был де-юре и де-факто в первых ролях, упорно не допрашиваются – свидетельствует о том, что нет действительного намерения сообщить новый импульс делу 1-го Марта. Здесь, однако, весьма существенна позиция Армянского национального конгресса. Причина в том, что ни в одной ветви власти нет желания для нового импульса. И это понятно, т.к. власть здесь погрязла в круговой поруке.
А в чем же погряз Армянский национальный конгресс, который после заявления Сержа Саргсяна объявил, что свои усилия впредь сконцентрирует на раскрытии 1-го Марта, но в действительности сконцентрировал свои усилия на замораживании и усыплении темы 1-го Марта? Конгресс должен был быть политической силой, так сказать, главным приверженцем допроса первых лиц и потребовать, чтобы были допрошены Роберт Кочарян, Серж Саргсян, Тигран Торосян, заявив о готовности к допросу, в таком контексте, со стороны Левона Тер-Петросяна. Однако, вместо этого, Конгресс от диалога с РПА перешел к диалогу с ППА – с той ППА, имя лидера которой было одним из первых в опубликованном АНК списке, где фигурировали имена олигархов, которые 1-го марта 2008г вывели против мирных демонстрантов свои личные охраны. Более того, в ППА состоит бывший командующий внутренними войсками Григор Григорян. В «Процветающей Армении» состоит также Вардан Осканян, который взял на себя миссию дипломатической маскировки действий властей и по сей день публично не признался, что совершил ошибку, или же его дезориентировали и т.д.
Тогда как в настоящее время Армянский национальный конгресс заявляет, что поднимет вопрос 1-го Марта в парламенте в удобный для этого момент. Об этом в беседе с Радио Свобода сказал депутат Гагик Джангирян, отметив, что положено начало сотрудничеству с некоторыми политическими силами и в удобный момент будет озвучено о деле 1-го Марта. Стало быть, в настоящее время Конгресс не хочет из-за 1-го Марта портить чрезвычайно важное сближение с ППА, и для этого 1-ое Марта пусть подождет. Таким образом, политические интриги отодвигают на второй план человеческую трагедию и государственное преступление.
Трудно давать оценку такой ситуации. В то же время, создавшееся положение, как представляется, создает возможность для другой политической силы парламентской оппозиции – для партии «Наследие», которая пытается в нынешней ситуации позиционировать в образе воздерживающейся от разных интриг. «Наследие» пытается представиться обществу так, что никак не намерено участвовать в этих политических играх, и занимает позицию честной и неподкупной оппозиционной силы.
В таком случае, проблема 1-го Марта может стать лакмусовой бумажкой для такой позиции «Наследия», поскольку, если Конгресс по причине своего флирта с ППА заморозил вопрос 1-го Марта, то для «Наследия» нет никаких препятствующих этому «игр», чтобы поднимать вопрос в парламенте и попытаться продвигать вопрос по мере своих возможностей, тем самым, поставив перед ответственностью другие политические силы.
Во всяком случае, если нет какой-либо «игры», препятствующей этому, то, как представляется, ничего не должно «Наследию» помешать, тем более, что данный вопрос является собственностью не какой-либо политической силы, а общества, государства. А партия «Наследие» всегда отличалась активностью в вопросе отстаивания необходимости раскрытия 1-го Марта и имела своего представителя в Группе по сбору фактов.
