После пресс-конференции социолога Агарона Адибекяна и опубликования результатов соцопроса вновь активизировались разговоры о едином кандидате оппозиции. Прозвучали заявления, что Гагик Царукян не может быть этим кандидатом хотя бы по той простой причине, что он не является оппозиционером.
То, что ППА не является оппозиционной партией, наверное, излишне обсуждать. Однако возникает вопрос: а не излишне ли вообще обсуждать вопрос о едином кандидате оппозиции? То есть, насколько эта идея жизнеспособна в нынешних условиях Армении? Здесь, пожалуй, обсудить есть что.
Проблема в том, что нынешняя ситуация в Армении характеризуется не только социально-экономическим системным кризисом, но и политическим кризисом оппозиционного поля. Насколько рационально в условиях этого кризиса говорить о так называемом едином кандидате оппозиции, генерировать эту идею? Когда нет оппозиционного поля вообще, когда силы этого поля разбросаны, когда эти силы имеют проблему быть воспринятыми общественностью, быть ее доверенными партиями – насколько целесообразно выдвигать вопрос о едином кандидате оппозиции?
Сегодня в Армении оппозиция стоит перед проблемами переоформления своих отношений с обществом, их пересмотра, их постановки на новый ценностный базис, разработки новых методологических инструментов. Иначе говоря, в Армении существует необходимость появления оппозиции нового качества. В настоящее время для оппозиционных сил именно эта проблема требует неотложного решения. Причем, это решение должно быть не конъюнктурным, но долгосрочным, институциональным. Пока эти проблемы не решаются, бессмысленно говорить о едином кандидате оппозиции или о единой оппозиции.
В этом случае идея объединения для оппозиции становится просто ловушкой, в которой они окажутся. То есть, эта идея единого кандидата оппозиции, будучи главным образом искусственной и инерционной, для оппозиционного сегмента политического поля Армении просто может отбросить время еще на несколько лет назад, углубляя кризис оппозиции, еще более усиливая недоверие общественности к оппозиции, и как к действующему субъекту, и как к теоретическому или практическому политическому явлению в Армении.
В этом случае возникает вопрос: как должна оппозиция участвовать в президентских выборах? Однако до того, как ответить на этот вопрос, пожалуй, стоит задать еще один вопрос, или ответить вопросом на вопрос: а стоит ли оппозиции вообще участвовать в президентских выборах? То есть, стоит, конечно, если оппозиция обладает какими-то ресурсами сделать что-то реальное на этих выборах.
Вся проблема именно в том и состоит, что пока оппозиция, оппозиционные силы не решили вопросы стратегического значения в сфере своих отношений с общественностью, их ресурсная удовлетворительность, мягко говоря, находится под сомнением.
