Известный российский аналитик Юлия Латынина в статье «Грузинская оппозиция сделала то, что не смогла сделать российская армия», опубликованной в «Новой Газете», обратилась к итогам парламентских выборов в Грузии.
Ю.Латынина пишет:
«Российским военным, затеявшим перед парламентскими выборами в Грузии учения, масштабом превосходящие те, что были перед российско-грузинской войной, не понадобится приходить на помощь грузинской оппозиции; а грузинской оппозиции не придется просить защитника свободы Путина о помощи против кровавого тирана Саакашвили.
Грузинский народ сам отдал победу оппозиции и сделал то, что не успел сделать Путин.
Грузия опять преподала России урок и ответила, вполне исчерпывающе, на вопрос: совместимы ли в бедной стране демократия и всеобщее избирательное право с радикальными реформами экономики и государства?
Девять лет назад назад, в 2003 году, в Тбилиси не было света, тепла и светофоров. Девять лет назад в Тбилиси нельзя было найти человека, у которого не ограбили бы его самого, его машину, родственника, друга или знакомого. Десять лет назад в Сванетии рядом с крупной ЛЭП жила замечательная сванская семья, которая, когда ей не хватало денег, просто поднимала автомат и начинала стрелять по проводам, после чего президент Шеварднадзе издавал особый указ о выделении денег, с тем чтобы такая-то семья перестала стрелять по проводам. Десять лет назад в Грузии было полдюжины силовых ведомств, включая абхазскую полицию в изгнании, и все они занимались тем, что похищали людей и торговали наркотиками; а глава МВД ездил в аэропорт провожать вора в законе.
Сейчас уровень преступности в Грузии самый низкий в мире. Сейчас уровень доверия к полиции в Грузии — один из самых высоких в мире. Сейчас при ответе на вопрос: «Чувствуете ли вы себя ночью в безопасности на улице?» — Грузия оказалась на первом месте в мире.
Из чудовищного мафиозного развалившегося государства, где первыми лицами были воры в законе и коррумпированные миллиардеры, заработавшие в России деньги теми способами, которыми они зарабатывались в России в начале 90-х, где государство не работало, а если работало, то только затем, чтобы его представитель мог безнаказанно стрелять, убивать и грабить, — Грузия превратилась в одно из лучших государств мира по степени прозрачности государственной инфраструктуры.
И оказалось, что для грузинского избирателя это ничего не значит. Больше половины — или, по крайней мере, около половины — грузинских избирателей отдали голос оппозиции, которая, не таясь, представляет все тех же воров в законе (чего только стоит одна встреча г-на Хаиндравы с десятков воров в законе во Франции — бином Ньютона, что они там обсуждали перед выборами), все тех же российско-грузинских миллиардеров начала 90-х и всю ту же бандитско-чиновничью знать времен Шеварднадзе, сгруппировавшихся вокруг партии с поразительно инфантильным названием «Грузинская мечта».
«Мечта», понимаете? Грузинская мечта — лежать на диване, и чтобы тебе подарили стиральную машину. А еще лучше — квартиру. А еще лучше — самолет. Только это, конечно, не грузинская мечта — это мечта люмпена.
Грузинский эксперимент, по большому счету, закончен. Не так уж важно, кто победит на следующих — президентских — выборах. Если победит правящая партия, то, чтобы сохранить власть, она пойдет на социальные уступки, растрачивая небольшой грузинский бюджет не на создание прозрачной государственной инфраструктуры, а на подкормку зависящих от государства иждивенцев; если победит Иванишвили — будет то же, только в кубе.
Чем больше денег будет идти на прокорм иждивенцев — тем меньше будет желание избирателя работать. Чем больше избиратель будет считать, что ему должны, — тем больше будет чиновников, распределяющих это должное. Чем больше будет чиновников, распределяющих должное, — тем больше будет коррупции. Чем больше будет коррупции — тем шире будет клиентский слой людей, зависящих от чиновников.
Вот существование этого клиентского слоя и является ключевой проблемой, погубившей реформы и в ельцинской России, и в свободной Грузии.
В реформе, как на войне, — все шаги очень просты, но каждый простой шаг очень труден. Грузинское общество в целом выиграло от реформ Саакашвили, но самые могущественные его классы и самые богатые группы интересов (воры в законе, коррумпированные чиновники, тбилисская интеллигенция) — проиграли. Прозрачность государства и равенство правил игры не позволили Саакашвили создать вокруг себя группу клиентов, которые ему обязаны всем (как тонтон-макуты обязаны были Дювалье или российские силовики — Путину) и которые будут изворачиваться, лгать, насильничать, промывать мозги — делать все что угодно, лишь бы доказать, что вот именно этот вождь и эта партия — самые замечательные из вождей.
Именно потому, что государство было прозрачным, Саакашвили был вынужден избавляться — и от бывших соратников, которые рассматривали государство как способ набить карман — и эти соратники переходили в ряды оппозиции и начинали нести черт знает что; именно потому, что государство было прозрачным, Саакашвили поссорился с Кремлем, который воспринимал государство как способ набить себе карман, а Грузию — как мятежную вотчину. Как там сказал Путин при первой встрече с Саакашвили? «У вас отличный министр госбезопасности, Хабурдзания. Не увольняйте его». Хабурдзания был, разумеется, уволен. Не в пику Путину. А потому, что в прозрачном государстве во главе госбезопасности не может находиться вор и иностранный агент.
Можно сделать за восемь лет прозрачным государство — но нельзя за восемь лет сделать вменяемой толпу, которая хочет вождя.
Грузинский избиратель сделал то, что не смог сделать Путин: уничтожил будущее Грузии. Всеобщее избирательное право и радикальные реформы экономики и государства в бедной стране несовместимы. Или совместимы плохо. Надеюсь, что, если Навальный придет к власти, — он извлечет из этого урок».
