После того, как руководитель парламентской фракции АНК осторожно выразил обеспокоенность в связи с опасностью, угрожающей собственности и капиталу Роберта Кочаряна, последний никак не отреагировал. Тогда как это тот случай, когда молчание в каком-то смысле также знак согласия.
Знак согласия — с той точки зрения, что если Кочарян не реагирует на известную обеспокоенность АНК, то этим, по сути, фактически подтверждает, что С. Саргсян действительно угрожает его собственности и капиталу, и после президентских выборов они могут уже не быть у него, хотя бы частично.
Таким образом, молчание Кочаряна будет означать как минимум согласие с АНК наполовину. И если Кочарян не согласен с тем, что Саргсян угрожает его имуществу, то должен обязательно как-то откликнуться. Тем более что в случае не реагирования и выраженного, таким образом, как минимум половинчатого согласия Кочарян в каком-то смысле волей-неволей засвидетельствует о своем бессилии против вызовов С. Саргсяна, засвидетельствует в первую очередь перед теми сегментами властной системы, на поддержке которых он строит некоторую часть своих политических планов.
Однако, с другой стороны, ситуация довольно тонкая в том смысле, что Кочарян, по всей видимости, абсолютно не нуждается в защите или обеспокоенности АНК, а если как-то и выскажется в этой связи, то может провалить все игры ППА с АНК, одним из опосредованных участником которых является он сам.
Своей обеспокоенностью АНК действительно поставил Кочаряна в трудное положение, пытаясь как-то сравнять позиции, т.к. здесь преимущество Кочаряна очевидно, и он, по сути, соблюдая молчание, смог достичь того, что сегодня АНК без ППА ничего собой не представляет.
Сейчас, однако, Кочарян может либо провалить часть всего этого, либо признаться, что в какой-то мере нуждается в поддержке АНК и принимает ее. Вероятно, Кочарян не ориентируется в данной ситуации, а поведение Симбы, по-видимому, пока что ничего ему не напоминает и не дает идей для реагирования в сторону АНК.
