Сегодняшний номер газеты “Чоррорд инкнишханутюн” обратился коснулся темы прошедшей трехсторонней встречи министров иностранных дел Армении, Азербайджана и России, а также возможных развитий в Карабахском урегулировании. Автор пишет, что по всей вероятности, нет ничего серьезного, иначе случилась бы утечка информация, и некий молодой республиканец сразу стал бы объяснять, что это очередная победа армянской дипломатии. “Так или иначе, — пишет газета, — московская встреча показала, что Минская группа ОБСЕ постепенно теряет свою роль, и главным посредником становится Россия. Более того, шаг за шагом проталкивается тезис, что посредники ничего не могут поделать: карабахский конфликт должны урегулировать армяне и азербайджанцы. Именно здесь возникает основной вопрос: а хотим ли мы урегулировать этот конфликт? – вопрошает автор, продолжая, — Проблема вся в том, что в Армении нет единого мнения даже в вопросе о том, мешает ли нам неурегулированность Карабахского конфликта или не мешает?”. Автор отмечает, что все те, кто осмеливается утверждать, что неурегулированность конфликта нам мешает – сразу провозглашаются почти “предателями нации”, а официальная идеология провозглашает, что “еще сто лет мы можем развиваться в таких условиях”. Одним словом, считает автор, официальная идеология состоит в том, что нам неурегулированность конфликта не мешает. “Возникает вопрос, ну а если не мешает, то зачем же идти на какой-либо вариант урегулирования? Наоборот, властям даже выгодно это положение, т.к. дает возможность спекулировать на “внешней угрозе” и тем самым оправдывать, скажем, внутриполитическое насилие, подорожание, тяжелое социальное положение. В Азербайджане, кстати, точно такое же положение: здесь так же утверждение деспотии и тотальной коррупции оправдывается состоянием войны. Таким образом, создалось положение, когда Серж Саргсян и Ильхам Алиев, “пасуя друг другу”, точь-в-точь одинаковыми оправданиями укрепляют свою личную власть. Проще говоря, неурегулированность конфликта не мешает, а даже и помогает. А это, в свою очередь, означает, что Алиев, по собственной инициативе, войны не начнет. Почему? Никто не верит ведь, что полмиллиона азербайджанцев заполонят улицы Баку и закричат: “Хватит! Соберемся, пойдем завоевывать Карабах!” Точно также полмиллиона армян не не заполонят улицы Еревана и не закричат: “Хватит! Давайте что-нибудь уступим и урегулируем вопрос Карабаха!” Этому не бывать!” – пишет автор и размышляет: “Но это – в том случае, если посредники действительно отойдут в сторону и посчитают, что только армяне и азербайджанцы должны решить вопрос без постороннего вмешательства. А что будет, если вдруг Россия решит, что времена игры в “кошки-мышки” закончились, и надо окончательно решить проблему? Или, что произойдет, если вдруг на Северном Кавказе начнется новая война (а для этого есть все предпосылки), и Турция “под этот шумок” подстегнет Азербайджан возобновить войну (и со стороны слегка поможет)?” – задается вопросом автор статьи и отмечает, что проблема не в том, на чьей стороне симпатии русских – на нашей или на стороне азербайджанцев. Если бы проблема была в симпатиях, считает автор, то русские, конечно, хотели бы решить проблему в нашу пользу. Но решить в нашу пользу, поясняет автор статьи, означает стать врагом Азербайджана и Турции (а Турция имеет мощнейшие рычаги влияния на Северном Кавказе). “Иначе говоря, опасность не в том, что Азербайджан в один из дней вдруг примет решение и нападет. Опасность в том, что в один прекрасный день посредники примут такое решение и вынудят Азербайджан предпринять такой шаг (естественно, при этом, пообещав поддержку). Действительность такова, — считает автор “Чоррорд инкнишханутюн”, — что Запад, как всегда, будет боротся против союзников России, а Россия в этом случае в результате поддержки своего союзника получит чрезвычайно большую головную боль, и очень вероятно, что воздержится от этого”. В заключение автор пишет: “Что должны делать власти Армении в такой ситуации? Ничего они не смогут сделать, остается только ждать (что и успешно делает Серж Саргсян). То же самое делает Алиев, ожидая удобного момента. Единственное утешение в том, что этот “удобный момент”, пожалуй, не так близок. Но согласитесь, это несколько ненадежное утешение”.
