«Конгресс, во главе с Тер-Петросяном, мог удерживать гражданское общество… ну, так скажу… не в «антироссийском сегменте», так, немного критикуя Запад».
Во всем тексте записи, кроме этого предложения, особо уязвимых мест нет: качество и логика сотрудничества АНК-ППА изначально были известны. Были известны и видимы также подходы АНК и его давление на гражданское общество. Но обобщение этого отношения уже меняет ситуацию. Причем эта часть в беседе, кажется, была игнорирована на фоне других вопросов.
Причем эти слова говорятся на том фоне, на котором накануне Серж Саргсян в своем выступлении на съезде РПА равнозначно обозначает российский фактор рядом с европейским и американским, ничего не сказав о Евразийском союзе. Интересная ситуация: то, что предполагалось, должна была сделать оппозиция, делает власть.
Например, если бы Зурабян сказал, что Конгресс мог удерживать гражданское общество в зоне своего влияния для того, чтобы обеспечить электорат и ресурсы, это было бы воспринято нормально, в том смысле, что политическая сила всегда нуждается в большем, по возможности, и качественном электорате. Но то, что зоной этого влияния является не антироссийская направленность, — это уже противоречиво.
То, что АНК никогда не был склонной в Западу силой, было очевидно еще тогда, когда в ответ на муссируемые в низах АНК обсуждениям верхушка АНК опровергла приоритетность западного фактора. И в последний период АНК выражала восторги, когда Зурабян и посол РФ в Армении встречались. Посему, по большому счету здесь нет сюрприза: лишь то, что этот сюрприз делают общественным.
Можно прорисовать еще одно обстоятельство: для наличия российского фактора гражданственность является препятствием, и была сделана попытка сгладить это препятствие именно посредством АНК, что для заинтересованных интеграцией западных интересов в Армении является доказательством того, что гражданское поле имеет весьма политическое и геополитическое значение.
Как говорит Зурабян Осканяну, ППА окажется меж двух фронтов, имея в виду то, что кроме власти, возможно, критиковать начнут также некоторые деятели АНК, так и сейчас АНК оказывается меж двух фронтов, с одной стороны – власти, а с другой – гражданского поля.
Главным козырем АНК долгое время была именно легитимность гражданского поля и власть над улицей. Власть эта со временем была исчерпана, но, в любом случае, продолжала оставаться для АНК основным ресурсом мобилизации. Сейчас все теоретические шансы мобилизовать этот ресурс исключаются.
Рамки гражданских проявлений изначально были прозападными, т.к. именно на Западе создана идея гражданственности и продолжает обращаться именно в ценностном и политическом контексте Запада. А в Армении проявления этой идеи если и не антироссийские в прямом смысле, то, как минимум, исключают российский фактор.
А до сообщения о невыдвижении Гагика Царукяна в окружении лидера ППА активно обсуждался и продвигался вопрос мобилизации гражданского общества в рамках сотрудничества АНК-ППА. Пожалуй, после последних событий становится видимой последняя гавань этих обсуждений, которая могла появиться в результате полноценного задействования этого сотрудничества.
Сейчас создалась довольно сложная и болезненная ситуация. АНК, по сути, исчерпала все свои ресурсы, абсолютно все, кроме «тракторов» ППА. Предполагается, что Зурабян сделает все возможное, дабы капитализировать все ресурсы Конгресса и «преподнести» кочаряновскому лагерю. АНК по части Зурабяна другого выхода воспроизводства более не имеет.
А задачей гражданского общества уже становится думать о превращении в политические конструкции, т.к. политическое поле, кажется, несерьезно относится к этому полю и всего лишь пытается использовать его в качестве поголовья. Причем, пользуясь уязвимостью гражданственности, так делают все силы и акторы – Серж Саргсян, Левон Зурабян, Раффи Ованнисян,
А гражданственность является довольно серьезным ресурсом, тем более при такой «серости» партийной системы это единственный ресурс, из которого можно получить политическую культуру, и исчерпывание этого ресурса нужно исключить.
