Решение лидера партии «Республика» Арама Саргсяна не выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах вполне рационально. Причем совсем не с той точки зрения, что у него не было шансов на этих выборах. Это, конечно, в свою очередь, т.к. в настоящее время создалась некая политическая и общественная ситуация, когда какой-либо оппозиционный кандидат не имеет шансов победить на президентских выборах, если, конечно, речь идет о победе де-юре.
Однако, кроме того, решение Арама Саргсяна рационально и в том смысле, что поле уже, по сути, имеет два подчеркнутых оппозиционных кандидата – Грант Багратян и Раффи Ованнисян, и Арам Саргсян здесь, по сути, был бы третьим лишним. Тем более что и он, как и Багратян и Ованнисян, — деятель западного направления.
Проблема также не в том, что в случае выдвижения А. Саргсян помешал бы Гранту Багратяну или Раффи Ованнисяну победить на выборах. Нужно констатировать, что в случае выдвижения А. Саргсяна Багратян и Ованнисян также не имеют возможности пресечь воспроизводство власти, — со всем уважением к их потенциалу. Вопрос здесь в том, что в случае выдвижения А. Саргсяна с самого начала, прямо в «колыбели» мог быть скомпрометирован некий процесс, который мог иметь начало на президентских выборах.
Речь о том, что деятели и политические силы, действующие в поле западной системы ценностей сегодня стоят перед необходимостью собраться в едином формате. Речь не об одной партии или блоке, которые могут их сковать. Речь идет хотя бы о форуме, который может созываться время от времени и стать площадкой политических обсуждений, почему нет, также нового политического планирования, кристаллизуя этот процесс постепенно, без самоцельных констатаций, которые в дальнейшем становятся грузом на субъектах.
А для этого нужно, чтобы потенциальные субъекты этого поля не продешевили на президентских выборах. Когда в поле существуют Багратян и Ованнисян, это как-то ожидаемо. Прежде всего, потому что двое – это, в конце концов, не трое, и кроме этого, они как бы ни были деятелями того же ценностного, цивилизационного поля, тем не менее, являются людьми разного типа.
Багратян является подчеркнутым носителем либеральной идеологии, а в случае Ованнисяна подчеркнуто национальное. Это привносит разницу, хоть и тактическую, и существование обоих в одном процессе в качестве конкурентов становится неким образом воспринимаемым.
Арам Саргсян стал бы уже лишним, и к чести лидера «Республики», он смог правильно почувствовать момент и не проявлять излишних притязаний. Тем более что в плане дальнейшего максимально самостоятельного политического курса этот шаг был для него максимально выгодным.
Кстати, с этой точки зрения Арам Саргсян, наверное, является наименее притязательным деятелем политического поля Армении. На президентских выборах 2003г. он уступил место кандидату Степану Демирчяну, когда все провалил Арташес Гегамян. В то же время, вместе со всем этим, те силы, которые вышли из АНК, или находятся в процессе покидания, или выразили несогласие с проводимым курсом, по сути, имеют дополнительные обязательства, т.к. должны своей деятельностью доказать, что они способны на более эффективные подходы. Иначе из несогласие обесценится, ослабнет имеющееся общественное доверие к их деятельности, независимо от ее масштаба.
То есть, Грант Багратян, Арам Саргсян, «Свободные демократы», Давид Шахназарян и все те, кто сегодня не согласен с курсом АНК, просто обязаны как политические силы и деятели показать общественности наиболее эффективный курс. Здесь обязательство не предполагает самоцельных действий, однако создание собственного политического лица постоянным противопоставлением себя Конгрессу, естественно, занятие бесперспективное, и, пожалуй, эти силы очень хорошо представляют эту задачу.
В то же время они, наверное, не в состоянии в одиночку решить эту проблему, ну, а для совместного решения нужно сформировать общую цель. И в этом смысле, конечно, воздержание от излишних притязаний приветствуется, но не является удовлетворительной перспективой. В то же время эти силы, несомненно, имеют общее в ценностном, идеологическом поле, и эффективному использованию этой общности могут помешать только личная безответственность, как в отношении собственной политической судьбы, так и общества и государства, имея в виду те вызовы, которые усиливаются в виде евразийских притязаний.
